Книга Двадцать два несчастья. Том 12, страница 89 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

А Чепайкин все наяривал и наяривал.

Альберт Каримович просемафорил глазами тете Нине, та понятливо кивнула и пнула зазвездившегося Чепайкина по ноге. Намек он понял сразу: оборвал марш прямо посреди куплета и посмотрел на тетю Нину преданным взглядом. Гармошка сделала «вжжу-у-ух» и заткнулась.

Моментально стало тихо-тихо.

Старички стояли шеренгой напротив и боялись даже пошевелиться — видимо, чтобы не вспугнуть Дедов Морозов со Снегурочками.

— Ну что, товарищи! — громко, хорошо поставленным преподавательским голосом воскликнул Альберт Каримович, чему я, признаться, удивился. — Дорогие вы наши, родные! С наступающим Новым годом! Желаем вам…

Альберт Каримович говорил и говорил, старики слушали, затаив дыхание, да я и сам заслушался. Он всех поздравил, пожелал всякого разного и такие красивые, проникновенные слова сказал, что сердобольная Алена Петровна даже шмыгнула носом. Что уж говорить про остальных — некоторые старики и старушки тайком утирали глаза.

— А теперь давайте праздновать! — предложил Альберт Каримович и громко стукнул об пол посохом.

— Ой, и подарки будут? Это все нам? — пискнула одна из старушек, с любопытством разглядывая увесистые мешки в руках Дедов Морозов.

— А подарки, дорогие мои детишечки, — хмыкнул Альберт Каримович, — еще нужно заслужить. Итак, кто хочет получить подарки — поднимите руку!

Оказалось, подарки хотели получить все. Какой-то дедок, видимо, глуховатый, руку не поднял — так та самая бойкая старушка подняла ему руку сама. Вот такая товарищеская взаимопомощь.

— Хотите, значит, подарков⁈ — весело покачал головой Альберт Каримович. — Тогда должны спеть нам песню. А чтобы песня просто так не пелась, мы с вами сейчас заведем хоровод!

— Но у нас нету елки, — растерянно сказал один из старичков и прибавил: — А хороводы-то положено водить вокруг елки.

Попадись мне сейчас под руку Ротозеев, я бы, кажется, его убил. Неужели так сложно было поставить старикам хотя бы синтетическую елочку, самую маленькую, — порадовать их? Неужели в краю сплошных еловых лесов не нашлось живой ели? Да хоть бы пару колючих лап в вазы, для запаха! Видимо, не посчитал нужным.

Альберт Каримович и тот растерялся. Да и я, чего греха таить. Но тут крейсером «Авророй» вперед выступила тетя Нина.

— Елки у них, значит, нет! — свирепо проворчала она. — А чего ж вы не задумались: Новый год празднуете, а елки нет?

— Так мы… — начал было оправдываться какой-то старичок.

— Будет вам елка. Вот она, смотрите! — Тетя Нина ткнула пальцем на притихшего в уголке Елисея, который смотрел на все расширенными от изумления глазами. — Я же говорю, будет вам елка! Елисей, иди-ка сюда.

Она поставила его по центру, сунула в руки две гирлянды и объявила:

— Чем вам не елка? Всем елкам елка! Запевай, Чепайкин! Давай музыку погромче! И в хоровод!

Чепайкин грянул «В лесу родилась елочка», Снегурочки похватали за руки растерявшихся и обрадованных стариков и повели хоровод вокруг елки-Елисея. Деды Морозы не отставали: то частушки диджейским речитативом приговаривали, то запевали новую песенку, едва заканчивалась старая. Прошли три круга, развернулись и захороводили обратно. Сам я подключаться не стал: надо было приглядывать за обстановкой.

Тем временем подошел «наш» охранник и тихо спросил: