Книга Вида своего защитник, страница 78 – Данияр Сугралинов

Главным было попасть в нужную фазу, пока спиннер виден, а значит, находится в нужном мне измерении, но не повезло. Всю ту часть «Задней ноги», что угодила в спиннера, дезинтегрировало одномоментно, а следом тварь, исчезнув, проявилась вокруг и обрушилась на меня — со всех сторон.

Матриарх спиннеров пыталась поглотить меня, затащить к себе, меняя фазы присутствия в трехмерном пространстве, но спасала живая броня. На удивление, урона было не так уж много, я терял примерно по полпроцента прочности в секунду. Впрочем, это лишь оттягивало конец — моя последняя ставка не сыграла.

Спиннер закрылся — не пытаясь прощупать мой мозг, он сосредоточился только на одном — уничтожить меня.

Знакомый скрипучий скрежет донесся сзади:

— Картер… ты хочешь умереть… достойно?

Матриарх спеленала меня с головы до ног, но все же не полностью — я мог ходить короткими шагами. Когда «Щит Предтеч» откажет, я просто исчезну, дав живую энергию линии этого Сверхмалого спиннера-матриарха, который близок к тому, чтобы переместиться на следующую ступень развития и стать Малым.

Я думал о чем угодно, но не о том, кто меня окликнул, а он продолжал едва слышно говорить:

— Подними меня… и сделай так, чтобы… мой зрительный сенсор… смотрел… на паразита в нужной фазе…

— Я подкину, но момент выберешь сам, — проворчал я. — Руки заняты.

Живой брони оставалось на пять-шесть секунд. Три ушло на то, чтобы подкинуть ногой Убаму и одновременно включить «Блеф». Футболист из меня неважный, голова взлетела не выше моего колена, но этого хватило.

Зависнув в воздухе, рехегуа отчетливо сказал:

— С тобой было интересно работать, Картер.

И взорвался.

Пещеру затопило светом, матриарха вместе с моим фальшивым телом впечатало взрывной волной в стену и сожгло. От моей копии не осталось ни следа, кроме силуэта на стене, матриарх выжила, но у нее уцелели только те части, что были в другой фазе.

Моя ложная смерть активировала «Отмщение», и каждый атом тела превратился в заряженную частицу, атаковавшую остатки Сверхмалого спиннера-матриарха.

Удивительно, но когда после завершения «Блефа» я занял место погибшей копии, тварь еще жила. Почти все лучи и «реснички» сгорели или были уничтожены, само «солнышко» сократилось раз в десять и стало похоже на обгорелый блин с множеством дыр, из которых, мерцая, вытекало что-то, едва уловимое глазом, как подводное течение.

Единственная уцелевшая ресничка сделала движение, потянулась ко мне, но опала бессильно, и тогда я потянулся к ней сам и ощутил — это было не то враждебное касание, что минутой раньше, это был жест отчаяния, последняя отчаянная попытка спасти линию. Все ее потомство второй линии погибло, когда матриарх лишилась органа связи — ее дети, которых я называл «пауками», сгинули. Но все же линию можно спасти, если спасти матриарха. Зародыш третьей, последней, линии потомства дремлет в рождающем чреве, которое уцелело чудом — видимо, вселенная показала ей другой путь.

«Позволь стать твоим паразитом».

Слово было на всеобщем, но значило оно совсем другое. И снова Убама оказался прав — спиннеры считали себя не паразитами, а слугами, симбионтами того, кто брал на себя ответственность за линию и позволял питаться его живой энергией.

«Мне не нужны слуги, — подумал я, отключая живую броню и поднимая паразита. — Но от нового друга не откажусь».