Книга Человек-крыса. История маньяка Цутому Миядзаки, страница 44 – Фумия Итихаси

В традиционной ткацкой семье Миядзаки из поколения в поколение было принято с младенчества отдавать детей нянькам. Кацуя, его братья и сёстры тоже росли с няньками-женщинами. Особенно свекровь считала, что «если мать будет слишком нянчиться, хорошего человека не выйдет». То, что мать после событий подвергалась критике как «негодная мать» и мало рассказывала о детстве сына, объясняется именно отсутствием телесного контакта в младенчестве.

Этого мужчину-няньку по отзыву директора завода Моритани звали «Такэ» (псевдоним). Он был «чистосердечным, мог играть с детьми на равных». Миядзаки его любил. У Такэ был мягкий и спокойный характер: сколько бы ни шалил Миядзаки, он никогда не ругал и не наказывал. Когда Миядзаки просил «хочу играть в горах», Такэ, опираясь на костыли, ходил с ним по холмам и лесам. В те времена в Ицукаити ещё были поля и сады: арбузы, кукуруза, картофель, бива, хурма. Дед (старший) брал Миядзаки на спину или за руку, водил с собакой «Бэс» по деревенским дорогам, показывал, как растут овощи и пшеница. А когда Миядзаки заходил в комнату деда, там стояли редкие шлемы, мечи, картинки для ста игр, сугороку — для него это было словно «остров сокровищ». Такэ же из-за больных ног мало выходил, но зато они вместе смотрели телевизор, пели детские песенки («Голубь», «Дзуйдзуй-дзуккоробаси»). Именно тогда Миядзаки полюбил телепередачу «Ультрамен». Они вместе смеялись, шумели, смотрели передачи про монстров и аниме. Истоки его увлечения фотографиями монстров, а затем создания «своего собственного мира» из видео лежат в воспоминаниях о Такэ.

Не стоит, однако, винить Такэ в том, что он «избаловал» Миядзаки. Если бы он его ругал, его бы, вероятно, уволили. Напротив, Миядзаки, сам имевший недостаток, чувствовал родство с Такэ и привязался к нему. Проблема в другом: по мере взросления Миядзаки присутствие Такэ стало для родителей тягостным.

В январе 1982 года, когда Миядзаки учился в колледже, некто, назвавшийся родственником Такэ, внезапно пришёл и забрал его, хотя тот сопротивлялся. Прямой причиной было то, что Миядзаки ел лягушек и т. п. Потеря близкого друга была тяжёлым ударом для Миядзаки, у которого и так в школе не было друзей. Ведь вернувшись домой, он не находил там покоя. Следственный штаб также зафиксировал эту информацию и намеревался тайно допросить Такэ и его опекуна как важных для выяснения мотивов. В протоколе допроса этого опекуна говорится:

«Кина в детстве был послушным и весёлым, но из-за домашних дрязг стал очень молчаливым. Когда он начал работать на нашем заводе, он уже был настолько замкнутым, что если к нему не обращаться, он сам не заговаривал. Он ненавидел отца, не разговаривал с ним ни о работе, ни в быту, а если открывал рот, то обязательно доходило до крика. Мать он в общем слушался, но когда у неё случалась истерика, он очень пугался и убегал из дома. Поскольку каждый из них бунтовал против родителей и буйствовал, возможно, такого бы и не случилось… Мне очень жаль». «Кина обычно не смотрит в глаза собеседнику. Наоборот, когда смотрит — это опасно, неизвестно, что может выкинуть. Кажется, у него никогда не было желания сделать что-то по собственной инициативе». В случае с Аяко-тян, когда я сказал: «Преступника надо казнить»… Вряд ли он рассказал следствию всё, что знал.