Книга Честнее не бывает, страница 31 – Джеймс Хэдли Чейз

Потягивая второе пиво, я увидел, как тиковая дама с девочкой вышли на улицу и скрылись из виду. Дама крепко держала девочку за руку. Наверное, боялась, что какой-нибудь мужчина напрыгнет на нее и примется насиловать.

Я не спешил. Взял третье пиво, выкурил еще одну сигарету, встал и вышел на улицу. Было 18:15. Входя в здание, я столкнулся с двумя хохотушками в мини-юбках. Через час стемнеет. Мне не хотелось включать свет, чтобы не выдать себя. Я поднялся на шестой этаж. Офисы закрывались, люди расходились по домам.

Я шел вверх, они спускались: высокие и низенькие, толстые и тощие, некоторые – со своими машинистками. Никто не обращал на меня внимания. Всем хотелось побыстрее вернуться домой, поесть, уютно устроиться перед телевизором, а потом забраться в постель, под бочок к опостылевшей жене.

Добравшись до шестого этажа, я увидел, как из какого-то офиса выходит женщина: морщинистая, словно чернослив. Захлопнув дверь, она пронеслась мимо меня так, словно встретила Бостонского душителя^[2]. Отомкнув замок, я скользнул в крошечный кабинет, прикрыл дверь и запер ее на ключ.

Через десять минут я нашел дело Реи Морган. Усевшись за стол, прочел ее карточку – не отрываясь, так, словно читал собственное жизнеописание.

Дженни неплохо потрудилась. Отчет был написан размашистым почерком. Должно быть, Дженни сочла информацию слишком личной и решила не отдавать бумаги на перепечатку.

Я узнал, что Рее Морган двадцать восемь лет. В восемь ее признали неуправляемой и отправили в спецшколу. В десять ее поймали в торговом центре на воровстве губной помады. Снова отправили в спецшколу. В тринадцать у нее была половая связь с кем-то из преподавателей. Их застукали. Несколько часов спустя, еще до приезда полиции, преподаватель перерезал себе горло. Рею перевели в другую спецшколу с более строгими правилами. Через год она сбежала. Еще через год ее взяли за проституцию: Рея предлагала себя дальнобойщикам по дороге в Нью-Йорк. На сей раз ее отправили на принудительное лечение в психиатрическую больницу. Безуспешно: она снова сбежала. Два года считалась пропавшей без вести.

Потом объявилась в Джексонвилле, в компании троих парней, надумавших ограбить банк. С учетом возраста ей дали год тюрьмы. В тот момент ей было лет семнадцать. Отмотав срок, она залегла на дно, но через три года снова объявилась. В этот раз они с двумя приятелями решили украсть бриллианты. Рея была за рулем, а двое парней, вооруженные игрушечными пистолетами, ворвались в дешевую ювелирную лавку. Дело было в Майами. Грабители из тех ребят оказались никудышные. Когда на сцене появился охранник с пистолетом 45-го калибра, весь план рассыпался. Рея могла удрать, но осталась на месте. Ее арестовали. С учетом прошлых заслуг дали четыре года. Выйдя на свободу, она связалась с какой-то троицей. Они ограбили бензоколонку. На этот раз судья тоже не церемонился. Рею закрыли еще на четыре года. Вот, собственно, и вся ее биография.

Бросив отчет на стол, я закурил. Теперь я знал, кто такая Рея. Интересно, что собой представляет ее братец. Я порылся в картотеке, но ничего не нашел. Похоже, Дженни не имела с ним дел. Но я был уверен, что они с Реей одного поля ягода.

Начало смеркаться. Я сидел за столом и думал о Рее. О ее жизни. Казалось, я ей даже завидую. Мне вспомнился скучный родительский дом. Мать умерла, когда мне было пятнадцать. Отец всю жизнь вкалывал на алмазных копях, заработал кучу денег, ошибся с инвестициями и ушел из жизни без гроша за душой. Потерпел поражение. У Реи была ужасная жизнь, но побежденной ее не назвать. Едва эта женщина вышла из тюрьмы, как тут же ступила на прежнюю дорожку. По крайней мере, она настойчиво идет к своей цели. Пусть это и аморальная цель. Рея знает, что ей нужно, и мчится вперед.