Книга Берлога зеркального карпа, страница 33 – Дарья Донцова

— Нет, они никому не нужны, — перебила полковника Сима. — Один из них — вор! Когда в его родной дом приходили гости, школьник, нисколько не смущаясь, залезал в их кошельки, крал деньги, был пойман на месте преступления и оказался у Зои Игнатьевны. Воспитывала парня бабушка, известная актриса. Где его родители, никому не известно. В исправительном заведении он пропалывает огороды. Еще один воспитанник появился у Зои после того, как решил выкинуть из окна квартиры на пятнадцатом этаже свою новорожденную сестричку — хотел остаться одним ребенком в доме. Родители не желают видеть сына. Вызывать полицию ни мать, ни отец не стали, решили, что до восемнадцати лет неудавшийся убийца станет жить у Маневиной, а потом поселится в однокомнатной квартире, которую ему купят. И все!

— Про остальных можете не рассказывать, — тихо произнесла я, — если правильно поняла, в интернате детей не учат, их используют в качестве рабов. У Зои большое хозяйство?

— У нее два дешевых кафе быстрого питания на вокзалах, туда все продукты идут. Посетителей много, — прошептала Серафима и добавила: — Моя сестра жадная, а работникам платить надо. Мальчишки у нее на черной работе.

— Кто-то ранее из воспитанников убегал? — поинтересовался Кузя.

— Нет, — затрясла головой Серафима, — два Бориса — первые!

Рассказчица опустила голову.

— Теперь-то мне понятно, что случилось! Боря «номер один» изо всех сил хотел, чтобы его посчитали другим Борисом, поэтому он довел Зою Игнатьевну до истерики. Маневина распсиховалась и привезла его вам, — подвел итог полковник.

У меня начала кружиться голова, а Дегтярев продолжал:

— С какой стати ей в голову пришла идея подбросить мальчика Дарье?

— Если Зоя впадает в истерику, она собой не руководит, — всхлипнула Серафима, — в нее словно бес вселяется. Думаю, выкинуть паренька на улицу она побоялась, домой вернуть не могла — деньги вперед аж за два года получила. Вот и взбрело ей в голову за ваш счет проблему решить. Еще она сказала: «Один раз уже приютила моего дурака, значит, и во второй не выгонит!»

Я вспомнила день, когда владелица НИИ проблем человеческого воспитания прикатила к нам вместе с Гариком, высадила еще недавно обожаемого сыночка, вышвырнула из машины его вещи и, проорав: «Забирайте его!» — унеслась. Похоже, у Зои Игнатьевны сформировалась стойкая привычка. Всякий раз, когда кто-то доводит ее до нервного припадка, сия мадам доставляет эту личность в Ложкино, а потом уносится прочь с воплем: «Делайте с ним что хотите!» Или, как в случае с Борей, став Лисой Патрикеевной, ласково просит приютить ненадолго мальчика. Но нет ничего более постоянного, чем временное проживание!

Александр Михайлович посмотрел на подростка и спросил:

— Тебе плохо жилось в интернате?

Тот пожал плечами и ответил:

— Я привык! У меня другого дома нет.

— Почему тогда решил бежать?

— Удрать захотел Бориска, — ответил паренек, — он — мой единственный настоящий друг, нельзя его бросить. Он очень хотел к дедушке, который его по-настоящему любит.

— Почему так решил? — удивился Семен.

— Дед платил за Бориску деньги, не разрешил, чтобы его в простой детдом сдали, — объяснил подкидыш.

— Понятно, — улыбнулся полковник и добавил: — А ты молодец! Сам погибай, а товарища выручай.

Паренек опустил голову и спросил: