Книга Берлога зеркального карпа, страница 62 – Дарья Донцова

— Что случилось? — занервничала Горелова.

— В ходе работы над одним делом всплыла ваша фамилия, — ответила я. — Можете уделить время для беседы со мной? Желательно побыстрее.

— Приезжайте, — ответила Елена Антоновна, — я сегодня дома. Запишите адрес.

— Если это улица Захарова в селе Красино, то он у нас есть, — громко сообщил Кузя.

— Да, — подтвердила женщина, — Московская область, по сути, уже столица.

— Марина повезла многоэтажный торт на свадьбу, — сказал Сеня, кладя трубку на стол, — кто его заказал, понятия не имею. Сооружение надо собрать, а данную работу уважающий себя кондитер никому не доверит, так что одной тебе ехать придется.

— Мне не привыкать, — ответила я и направилась к гаражу.

Село Красино не походило на деревню, это оказался коттеджный поселок за высоким забором. Въезд на территорию закрывал шлагбаум. Мою машину тщательно осмотрели. Потом безукоризненно вежливый охранник объяснил:

— Едете вперед, никуда не сворачиваете, уткнетесь в зеленые ворота. За ними дом доктора.

— Доктора, — повторила я, — а мне нужна Елена Антоновна Горелова.

— Это она и есть, — уточнил секьюрити, — детский врач! Очень хорошая женщина, всегда поможет, если у кого ребенок заболел. Да и взрослым тоже не откажет! Уколы совсем не больно ставит.

Елена встретила меня радушно, усадила в столовой, наполнила мою чашку чаем, открыла коробку конфет и… повисла тишина. Я подождала секунд десять и заговорила первой:

— Я оказалась безмерно удивлена, когда встретила женщину по имени Валентина Дубовочка в небольшом кафе, в торговом центре. Сразу ее узнала! Она — артистка балетного ансамбля, которым руководит Людмила Зорина. И вдруг! Танцовщица назвалась Кристиной Гореловой! В процессе общения выяснилось, у молодой женщины врожденный дефект, отсутствие стопы, и балериной ей никогда не стать.

— К сожалению, вы правы, — кивнула Елена. — Крися такой на свет появилась. По какой причине это произошло? Не знаю. Возможно, где-то в роду, в глубине веков, случилась мутация. Она себя не проявляла, а вот у Криси. Обнаружилась. О родителях девочки ничего не известно, она подкидыш. Новорожденную оставили на крыльце Дома малютки, коим я тогда руководила. При ней не имелось ничего, что могло бы навести на след роженицы, документы отсутствовали. Одеяло, распашонка, пеленка — все новенькое, только-только из магазина. Пупок обработан профессионально. И отсутствует стопа. Случается порой появление на свет ребенка с патологией. Если вас интересует мое сугубо личное мнение по данному конкретному случаю, то доложу его.

— Внимательно слушаю, — кивнула я.

— Если у новорожденного очень тяжелое заболевание… — Елена вздохнула, — то, как правило, дитя проживет день, сутки, двое, не более.

— Ужас, — пробормотала я.

— Как бы жестоко ни звучало, но уход на тот свет при подобных проблемах лучшее, что может произойти. Жить с малышом-инвалидом очень трудно. Как правило, мамочка остается одна. Супруг уходит, говоря: «Ты виновата, у меня жуть родиться не могла». Пособие от государства не покрывает всех расходов. Удравший мужик становится должником по алиментам, платит кое-как. И у матери в голове постоянная мысль: если заболею, умру, что с моим ребенком будет?

Слава богу, у Криси только стопа отсутствовала. В остальном — здоровая, прекрасная девочка. Могли бы подобрать протез, она научилась бы ходить. С возрастом могла бы водить машину, вести хозяйство, выйти замуж. Но малышку подбросили к двери Дома малютки. Сейчас Кристина замужем. Они с супругом отлично зарабатывают, хотят взять из приюта новорожденного, вернее, двух: Крися опасается, что ее проблема достанется кровным деткам.