Книга Двойной капкан, страница 9 – Villa Orient

Мне почему-то стало неудобно сидеть в её присутствии, и я встал. Она вздрогнула от моего движения, как будто почувствовала опасность, но я и правда был для неё угрозой, как и она для меня.

— Как тебя зовут?

— Вика.

Как неожиданно.

— Фамилия?

— Лазарева.

— Давно ты знаешь Гассана?

— Я его не знаю.

Вот это поворот. Я вдруг понял, что допрос не получится. Мне даже не нужно было вести с ней длинный диалог. Она боится, но не даст мне никакой информации. Вообще ничего не даст. Я могу её резать тонкими кусочками, но она ничего не скажет. Настоящий кремень, точнее — алмаз. Я знал такой тип людей: они даже на пороге смерти не ломаются. Умрут, но не расколются. У таких личностей нет слабых мест, рычаги давления на них ищут извне, но и это не всегда срабатывает. Без подготовки один на один с подобным человеком делать нечего.

Именно такой человек и должен был быть рядом с моим братом, чтобы привести его туда, где он сейчас находится. Тот, кто подослал её, понимал это, просчитал всё до мелочей. Гас хоть и был наркоманом, но он по-прежнему был умён и силён. Он — Меро, а не какой-то мелкий дилер. Его стальной характер закалён твёрже моего.

Или она действительно ничего не знает, но я никогда не был настолько наивным, чтобы в это поверить.

— Ты видела его убийцу, — я больше не спрашивал, но опять получил неожиданный ответ.

— Нет.

К этому я не был готов. Меня вдруг накрыла чистая ярость. Я шагнул к ней, сокращая расстояние между нами двумя шагами, схватил за шею и бросил на диван, нависая над ней, поставив колено на мягкую поверхность. Не знаю, что я сейчас намеревался с ней сделать — убить или покалечить. Я почти полностью обхватывал тонкую шею, под которой быстро бился пульс. Сердце моего брата тоже билось ещё час назад, а теперь он мёртв и лежит на холодном столе патологоанатома, а она такая живая и тёплая лежит на моём диване. Жизнь за жизнь. Мне достаточно применить лишь чуть больше силы… Она широко распахнула глаза и со страхом смотрела на меня, а потом вдруг всхлипнула, и слёзы дорожками покатились по её щекам:

— Убийца был в чёрном костюме с капюшоном, лицо было закрыто, я его не видела, — её голос был шёпотом, потому что я почти перекрывал ей кислород, и срывался. Она дрожала всем телом и теперь громко всхлипывала.

Женские слёзы меня никогда не трогали, потому что я никогда не был их виновником. Я даже в детстве не обижал девочек. Но чем старше становился, тем больше убеждался, что женщины, не обладая физической силой, имеют способности сокрушать сильно и больно. Они обладают вероломством и коварством, которые легко приведут даже самого сильного мужчину в ад, если им это будет нужно. А если женщина ещё и умна, то она на порядок опаснее. Передо мной был, несомненно, самый редкий образец сильной женщины, которая может как свести в могилу, так и возвысить. За благосклонный взмах её ресниц и глубокий томный взгляд любой может добровольно сойти в ад.

Я нажал на тонкую шею сильнее, и она начала задыхаться, но одновременно её слёзы перешли в настоящую истерику. Даже если я её сейчас задушу, она ничего не поймёт. Я резко разжал пальцы и выпрямился, а она перекатилась на бок в позу эмбриона и продолжала надрывно плакать. Так не пойдёт. Она мне нужна. Кто-то же её подослал в нужное время в нужное место. У неё для меня должно быть послание.