Книга Предсказание, страница 82 – Villa Orient

— Где моя одежда?

Она, кажется, не поняла. Я потянула за халат, подтверждая свой вопрос жестом. Теперь она поняла и достала из-за стола пакеты. В них было платье, туфли и новое бельё. Кто-то предусмотрительно приготовил мне сменную одежду.

Пока я заглядывала в пакеты, женщина уже выставила на стол тарелки с едой. И вот теперь я почувствовала голод, даже слюнки потекли. Наелась до отвала и сказала: «Спасибо». Женщина почти не говорила по-английски, только отдельные слова, но осталась очень довольна тем, как плотно я позавтракала, одобрительно кивая и подкладывая ещё еды.

Я взяла пакеты и пошла переодеваться. Но когда оделась, то не знала, что делать дальше. Хамдана не было. Записки он не оставил. Я немного посидела в комнате и пошла к добродушной женщине. Она по-прежнему хлопотала на кухне. Она опять широко мне улыбнулась, вытерла руки о передник и почти вытолкала меня из дома за дверь. Там уже ждала машина со скучающим водителем, который поспешно выбросил недокуренную сигарету при виде нас и побежал открывать для меня дверь. Значит, Хамдан всё-таки оставил указания на мой счёт. Здесь мне делать нечего. Я послушно села в машину, выбора всё равно не было. Женщина мне помахала с широкой улыбкой и дождалась, пока машина выехала за ворота.

Мы выехали из города и поехали по уже знакомой дороге — сначала петляющей, потом более-менее ровной, пока не доехали до ворот известного мне дома. Я чувствовала себя куклой, игрушкой, которую кукловод дёргает за верёвочки.

Но так ли это было на самом деле? Я не могла отрицать, что между нами была какая-то непостижимая химия. Само по себе физическое возбуждение не возникло бы без эмоциональной составляющей. Самый первый раз под наркотиками не в счёт. Но потом я каждый раз испытывала эмоциональную связь с Хамданом.

Он заставлял меня чувствовать. И не только страх. Эмоциональная привязанность — так и вовсе сложное для понимания явление. Она может варьироваться по силе и не всегда связана с хорошим знанием и пониманием человека. Мои чувства осложнял ещё и тот факт, что я была «идеальной» жертвой абьюзивных отношений, склонной проецировать привлекательный образ на малознакомого человека и влюбляться в него, когда нет другого выбора. Но, честно говоря, он понравился бы мне и в другой ситуации, когда бы мы начали отношения по взаимному согласию. Вот только я не представляла Хамдана в роли романтичного влюблённого, честно добивающегося расположения женщины.

Я никогда не считала секс самоценным процессом, для меня он всегда был способом выразить чувства и близость ума и духа, но ведь эмоциональная привязанность и физическое влечение берут начало в одних и тех же участках мозга. Более того, я относила себя к категории людей, которые не спят с кем попало. Но понятие «с кем попало» тоже стало для меня спорным: где граница, после которой человек становится достаточно близким? Кому-то достаточно пары часов задушевного разговора, чтобы перевести человека в категорию допустимых сексуальных партнеров, а другим для этого нужна гарантия в виде штампа в паспорте. И ещё не известно, какие отношения окажутся более крепкими и настоящими. Я предпочитала «золотую середину», но Хамдан показал мне, что и в первой категории находиться не стыдно.