Книга Родственные души в Сеуле, страница 118 – Сьюзан Ли

Кое-кому это может показаться забавным. А меня это страшно бесит. Мне нужно домой. Мне нужно поговорить с Джейкобом. И мама этому мешает.

В голове у меня крутится суперзамедленное видео с сентиментальной песней о любви. Джейкоб кусает калифорнийское буррито, а на щеке у него гуакамоле. Джейкоб срывает с себя футболку, чтобы продемонстрировать ужасный загар, но широко улыбается, забегая в воду. Джейкоб кричит, как маленький мальчик, катаясь на американских горках в «Леголенде», его чересчур длинные ноги согнуты так, что колени упираются в подбородок. Все лучшие воспоминания о лете нахлынули на меня вот так сразу. Я бегу к нему, волосы развеваются на ветру. И он бежит ко мне по полю, на одной ноге высокий ботинок, а на другой шлепанец, подхватывает меня на бегу и кружит, и целует, а у меня перехватывает дыхание.

Походу, в последнее время я слишком часто смотрела корейские дорамы.

Но к тому времени, когда все это произойдет, мне уже исполнится тридцать, судя по тому, как моя мама водит машину. Я принимаю решение, понимая, что, скорее всего, дома меня ждет большая лекция, и тем не менее я включаю поворотник и перехожу в левый ряд, нажимаю на газ и обгоняю мамину машину. Я не смотрю на нее. Я просто еду быстрее: семьдесят, семьдесят три, семьдесят семь, пересекаю две сплошные, чтобы приблизиться к выезду с автострады. Моя цель ждет меня дома, и мне просто необходимо немедленно сказать ему, что я чувствую. Мне нужно сказать, чтобы он поехал и стал суперзвездой, а я буду рядом, когда он будет нуждаться во мне. Я всегда буду рядом.

Я съезжаю с автострады и мчусь на желтый свет. Если меня остановит полиция, я буду точно знать, что мир настроен против меня. Но ни огней, ни сирен. О боже, если мама увидит меня, у нее случится сердечный приступ. Я бросаю быстрый взгляд на зеркало заднего вида и не вижу никаких следов маминой машины. Я оставила ее где-то далеко в пыли. Ни гудков, ни аварий.

Я вне подозрений.

Сворачиваю на свою улицу, выезжаю на подъездную дорожку и глушу двигатель. Наша входная дверь, которая никогда не запирается, слегка приоткрыта, и я без колебаний вбегаю в дом и взлетаю по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. У меня перехватывает дыхание, когда я поворачиваю за угол в комнату Джейкоба.

— Джейкоб, – зову я, тяжело переводя дух. И останавливаюсь как вкопанная.

В комнате никого нет. Кровать заправлена. Аккуратно, идеально. Всегда оставляйте место чище, чем оно было. На столе нет зарядного устройства для телефона. В углу нет чемодана.

Нет!

Я оборачиваюсь, не зная, куда еще посмотреть.

— Джейкоб! – кричу я так громко, чтобы услышал весь дом.

Джин Хи выходит из своей комнаты, и по выражению ее лица я догадываюсь обо всем, что мне нужно знать. Уголки ее рта опущены, а покрасневшие глаза скошены в сторону.

— Он уехал. Он уехал недавно с Хэ Джин и Мин Гён.

— Что? Не может быть. Куда уехал? – Я слышу отчаяние в своем голосе. Я поеду за ним. Последую за ним всюду, где бы он ни оказался. Поеду в аэропорт и припаркуюсь в зоне высадки, даже если полицейский будет орать на меня и свистеть. Пробегу мимо сотрудников транспортной безопасности и преодолею ряды сидений в зале ожидания, чтобы добраться до него. Чтобы меня остановить, потребуется десять человек. Я видела такое в кино. Я знаю, как это происходит.