Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 23 – Габриэлла Лопез

Вокруг высились серые страшные здания, не внушающие доверия, как в смысле жителей, так и в отношении своей прочности. Относительно чистоты сомневаться не приходилось: неприятный запах говорил сам за себя.

Нанду хохотнул, выгружая вещи из машины.

— А ты хотела жить сразу на Пятой или Пятьдесят седьмой авеню? Не получится, милая. Сначала надо пообтереться именно здесь. Ничего, привыкнешь. Туг не так уж скверно, как кажется на первый взгляд.

В общем, Нанду оказался прав. Квартирка, пусть и крохотная и на последнем этаже, была довольно уютной, милой и даже опрятной. И обходилась им в месяц очень недорого. Пришлись Амине по нраву и скромные соседи-бельгийцы, занимающие квартирку напротив. Так что жизнь сразу пошла неплохо. Одно огорчало Амину: сестра как в воду канула. Не подавала о себе ни единой весточки, ее мобильник был постоянно блокирован, как и сотовый Сесеу.

— Они, наверное, поменяли телефоны, — с горечью сказала как-то Амина Нанду.

— Наверняка, — рассеянно и безразлично откликнулся тот. — Ну и что? Не переживай. Они обязательно найдутся.

— Я видела афиши, — грустно заметила Амина. — И еще слышала по радио и видела по телевизору... Группа Сесеу выступает с большим успехом. Им могут предложить остаться в Штатах.

— Позавидовала? — ухмыльнулся Нанду. — Брось! Им предложат, а мы останемся сами. И неизвестно еще, кому будет лучше.

Шустрый и общительный Нанду моментально то ли обзавелся, то ли восстановил старые связи в Нью-Йорке. Амину он в подробности своих дел не посвящал. И правильно. Незачем ей еще морочить себе голову всякими сложностями! И вообще женщине это ни к чему, тем более мусульманке. Она может быть хорошим исполнителем — и прекрасно!

Полеты Амины в Марокко временно прекратились. Она довольно удачно выполняла роль курьера, перевозя наркотики и деньги. Ни разу не попалась, никем не была заподозрена. Ей везло. И Муса со своими сообщниками был доволен. Вполне. Хвалил Амину и всякий раз, когда она прилетала в Касабланку, жадно оглядывал ее с ног до головы, не скрывая своего желания. Довольная Амина каждый раз слегка краснела и делала вид, что не замечает этих сальных взглядов.

Наконец Мусе эта игра в гляделки надоела.

— Ты мне нравишься! — сказал он в очередной приезд Амины.

— Я знаю, — скромно отозвалась она.

— И это все, что ты можешь мне сказать? — недобро ухмыльнулся он.

— У меня есть муж, — невнятно пробормотала молодая женщина.

Правда заключалась в том, что этот наглый и грубый Муса тоже стал ей нравиться. Даже очень. И он это отлично чувствовал.

Амина не сомневалась в том, что не любила Нанду. Он был просто ей нужен, поскольку отвечал некоторым ее жизненным целям и задачам. Это был союз по расчету. Таких на свете заключается великое множество, и нельзя сказать, что все они — плохи и непрочны. Чаще даже наоборот. Однако изменять своему, пусть и незаконному мужу... У Амины сохранились еще некоторые принципы. Эти голоски мусульманской жизни и законов ее предков каким-то странным и причудливым образом тесно переплетались с ее новыми, европейскими принципами, а точнее, с беспринципной и беззаконной жизнью, утвердившей в Европе свои собственные каноны и правила, далекие от общепринятых.

— Какой он тебе муж? — резонно возразил Муса. — Так, сожитель... А твои родители знают об этом? — Он ехидно и злобно прищурился. — Может, им сообщить? Я могу...