Книга Третья дочь графа фон Дигби, страница 30 – Елена Галунец

Деньги, что я выручила с продажи драгоценностей, уже давно закончились, и я перешла на золото. Пришлось найти хорошего ювелира, который перебивал нашу пробу на букву «А». Сначала я переживала, что могут заметить, но нет — ни у кого вопросов не возникло. Купленное здесь кольцо со мной в Фортингалл не перешло, так что я его тут тоже продала, только уже в ломбарде. С золотом было проще: его принимали везде и по хорошей цене, а потом один из парней из бригады Вихоя мне рассказал о самом дорогом камне в их мире. Кто бы мог подумать, что это бирюза! Я от удивления даже рот открыла. Оказывается, этот камень настолько редкий, что простой люд о нём только слышал. Бирюзовый камешек случайно был обнаружен рядом с горнодобывающим предприятием в Гиамисе — это южная, закрытая для туристов страна. Соответственно, бирюза — это камень местных богачей, и если человек владеет хотя бы тридцатиграммовым кусочком, то это уже показатель его огромного состояния. Пфф! Бирюза! Это ж обычный минерал. Он ведь полудрагоценный камень у нас! Я припомнила мамины бусы и поперхнулась. В памяти всплыли картинки, как я наряжала своих кукол, сидя в саду под яблоней, и наматывала на них длинные нити, как оказывается, целого состояния. От натуги нить тогда порвалась, и мне было лень собирать их. Я взяла и стряхнула покрывало, а бусины затоптала в землю. Нет, купить я сейчас могу сколько угодно бирюзы, но смогу ли я тут её продать, не заинтересовав этим скупщика? Мне не хотелось привлекать к себе внимание, поэтому я поспрашивала, что ещё тут было в цене, и, как только оказалась дома, поспешила за покупками.

С вечным мотанием туда-сюда я стала путать дни недели и пару раз пропускала важные встречи в Фортингалле. Один раз я не успевала собраться, и пришлось перенести мероприятие на два часа. Весь вечер я извинялась и выдумывала небылицы, но после этого старалась тщательно выбирать, куда и когда мне нужно идти. В Кемпеле пока всё было завязано на мне, потому что бабуля совершенно не хотела участвовать в преображении своего дома. Ей было неинтересно, что я для неё приготовила.

— Делай на свой вкус, — ворчала она, не желая смотреть в мои рисунки.

Прораба я ежедневно озадачивала новыми идеями, и Вихой понимал меня с полуслова. Команда у него молодая, но состоит из первоклассных специалистов. Чего стоит один только плиточник! Он такой проект ванной комнаты приготовил, что я свои скромные бумажки тут же выкинула. Появление помощников в доме всё равно требовало моего непосредственного участия. Нужно было контролировать их, и эти хлопоты, что навалились на мои хрупкие плечи, были теперь не просто энергозатратными — они были для меня порой неподъёмными, но всё же невероятно приятными. Перемещаясь домой, я падала без задних ног и с улыбкой на губах засыпала. Мне начали сниться сны. Разные. Хорошие и не очень. Просыпаясь после хорошего сна, я порхала, как бабочка, и мне думалось, что я могу свернуть горы, а после плохого — не хотела оставаться в Фортингалле, потому что все плохие сны были связаны с Гирсомом. В Кемпеле мне было хорошо. Там я была свободной. С бабулей у меня мало получалось поговорить на волнующие темы из-за постоянно снующих туда-сюда работников, но всё же свою главную тайну она мне рассказала.