Книга Сон-да-Ветер 2, страница 62 – Александра Глазкина

— А что, я неправа? Скажи, ну, скажи!

Он не отвечает, просто берет мою руку, демонстрируя уже знакомые синие искры, пляшущие на кончиках пальцев. А я-то и не заметила покалывания. Да, не самое уместное состояние, если учесть, что мы — в самом центре оживленного города. Я вырываю руку, сжимаю в кулак и несколько раз глубоко выдыхаю. Зато теперь буду знать побочный эффект своей злости. Прислоняюсь к шершавой каменной стене, закрываю глаза и, как учил Сивинд, пробую раскрутить грозовое облако, пляшущее под закрытыми веками. Покалывание исчезает, я чувствую себя стабильной, но опустошенной. А когда открываю глаза, обнаруживаю, что все это время Дэгу осторожно гладил меня по волосам.

— Прости, — тихо говорит он, — ты права, а я несправедлив.

Мы стоим так близко, что наши губы почти соприкасаются, и я чувствую жар, разливающийся по телу. Но в этот момент распахивается дверь, на пороге появляется толстячок в кожаном фартуке и с пустым бочонкам в руках и, увидев нас, вопит:

— Ай, бесстыдники, нашли место! А, ну, прочь отсюда, пока я стражу не позвал! В другом месте миловаться будете!

Дэгу хватает меня за руку, и мы убегаем, хохоча, как подростки, которым удалась невинная шалость. На обратном пути мы почти не разговариваем. Дэгу, видимо, боится моей очередной вспышки, а я не хочу нарушать хрупкое перемирие. Когда расходимся, Дэгу говорит:

— Если вдруг тебе вновь нужен спутник для прогулок по городу, я всегда в твоем распоряжении!

— Хорошо, я учту!

Мы обмениваемся улыбками, и я ухожу, наполненная радостным волнением, названия которому пока давать не хочу.

Но прогуляться нам больше не довелось. Сивинд объявляет, что завтра с утра мы выдвигаемся в путь. Он получил послание от Игниса, договоренность, что они пересекутся на полпути. Приготовления закончены, и нас ничто не держит. По совету князя вечер я провожу за книгами. Брать их с собой нельзя, уж больно редкую и ценную информацию они содержат. А сборами вещей все равно занимается Ани, я понятия не имею, что понадобится для путешествия по незнакомому миру. Мешочек с жемчугом и монетами я прикреплю к поясу, а гребнем заколю волосы, больше ничего своего у меня нет.

Звонкий смех отвлекает меня от изучения порождений. Я осторожно подхожу к окну, и под прикрытием светлых занавесок, ловлю обрывки чужого счастья. Внизу, в саду князь гоняется за маленькой, лет пяти, девочкой, в льняных кудряшках которой сверкают солнечные искры. Диана, стоящая чуть поодаль, с умилением наблюдает за игрой и хлопает в ладоши каждый раз, когда маленькой проказнице удается перехитрить отца и избежать его крепких объятий. Но вот, наконец, беглянка поймана, Сивинд подносит ее к жене, и они расцеловывают дочку в тугие, как яблочки, щечки, а та вновь и вновь заливисто хохочет.

Похоже, князь счастлив в браке. У него — очаровательная, явно любящая его жена, двое чудесных детей, пусть даже Дирк сейчас переживает сложности подросткового периода. Сивинд выглядит совсем юным и невозможно поверить, что за его плечами сотни прожитых лет и опыт Смотрителя. Мне не довелось испытать торжество стихийного полета, хотя по следам наших занятий я могу предположить, каково это. Но сейчас, глядя на князя, нежно целующего жену и дочь попеременно, я готова поверить, что человеческая участь для него оказалась, в итоге, важнее, чем возможность быть ветром.