Книга Сон-да-Ветер 2, страница 99 – Александра Глазкина

— Оно что-то значит? Почему такой символ?

Сивинд улыбается:

— Главные вопросы приберегаешь на потом? Это не похоже на тебя! Когда Смотритель воздуха желал вызвать на остров нареченную, он отправлял на побережье молнию. Молния, ударив в песок, превращает его в причудливую хрустальную фигуру, чаще всего похожую на звезду. Такие фигуры хранились в храмах Сомнии, как ценные артефакты. Когда встал вопрос о выборе символа моего нового княжества, я недолго раздумывал.

— Смело, если учесть, что люди свергли старых божеств.

Сивинд пожимает плечами:

— Никому пока не пришло в голову сопоставлять факты. К тому же, остров, помимо его стратегической важности, славен богатыми залежами горного хрусталя, крайне редко встречающегося на материке. Такая природная аномалия, которая мне на руку.

— Дэгу знает про охрану? Он ничего мне не сказал.

— Значит, не счел важным. А я вот говорю, как видишь, соблюдаю нашу договоренность!

— И что потом?

— Часть пути вы проделает по лесам, потом придется плыть по реке до моря, берега там непроходимые, но это уже малая часть пути. А там, в открытом море, уже никто не сможет подобраться к нам врасплох, там соберется мой флот, и мы двинемся к Лунному мысу.

— А Вы уверены, что мое отсутствие в караване пройдет незамеченным? Ну, если кто-то будет и дальше следить за вами?

Какая долгая пауза. И почему у меня подозрение, что сейчас я услышу что-то крайне неприятное? Сивинд отводит глаза, но все же отвечает:

— Близко к нам не подберутся. Издалека же довольно схожего роста, светлых волос и нарядного платья, а в дальних землях Мазе княжну Селину никто не знает в лицо.

До меня не сразу доходит смысл сказанного, но когда я вспоминаю испещренный стрелами бок своей повозки, то к горлу подступает тошнота.

— Нет! Я не соглашусь, чтобы кого-то держали на прицеле вместо меня! Я — не герой, и жертвовать собой не хочу, но это подло!

— Я и тут откровенен с тобой, Селина, но в данном вопросе, увы, ты не имеешь права голоса. Если тебя хоть немного утешит, могу сообщить лишь, что на твое место возьмут местную девушку, заключенную, которая ожидает смертной казни. А так она получит шанс на освобождение. На побережье, за пределами Мазе, ее отпустят.

— Я не верю Вам!

— Могу Вас познакомить, но, думаю, вряд ли тебе станет легче.

— Ладно, допустим… За что ее осудили?

— Она зарезала любовника, который спутался с другой. Возможно, все ограничилось бы долгим сроком, но ее любовник, к тому же, оказался одним из придворных князя. Не все гуманисты, как я, Селина. Здесь подобное карается смертью, а ты даешь ей шанс.

— Пасть от стрелы, уготованной мне!

— Или невредимой достигнуть других земель, что куда вероятнее. К сожалению, таковы условия игры, моя милая. Идет война с порождениями, с хаосом. Грядет война с его сторонниками. Мы не можем рисковать тобой, слишком высоки ставки. И если придется жертвовать одним человеком ради спасения мира, что ж, придется это сделать!

— Интересно, а если там, в храме, окажется, что жертвой стану я, Вы также хладнокровно примете решение?

— Селина, не стоит загонять меня в тупик! Мне нет дела до какой-то ревнивицы из чужой страны. К тебе же я испытываю чувства не только и не столько как к спасительнице, а как…

— К сестре по стихии, — горько напоминаю я.