Книга Серенада для железной гномки, страница 110 – Светлана Алимова

Повисла горестная, тяжелая тишина.

Иштван обнял Оршою и прижал к себе. Словно теплым одеялом укутал.

— Я понимаю, тебе тяжело, — мягко заговорил он, — и я не предлагаю забыть о Скае. Но ты достаточно долго исполняешь ее желания. И некоторые из них не подходят тебе, потому что ты — не Ская. Вы — разные гномки. Подумай немного о себе, пожалуйста. Разве Ская была бы рада, видя тебя разбитой и несчастной, в тщетных попытках делать то, что тебе не дается?

Оршоя вздрогнула.

— Архимаг Корвус обещал научить меня…

— Ты терпеть его не можешь. Он заставил тебя два месяца сидеть в его башне в магоподавляющих браслетах просто потому что ты его не послушалась. Ты сбегала в лес под дождь и град лишь бы не проводить с ним лишней минуты. И за это он тебя наказывал, а меня пытался прогнать, чтобы я не мешал его забавам. Архимаг Корвус — дурной эльф, жестокий, высокомерный и эгоистичный. Ему нравится лепить из живых существ, словно из глины, что-то по своему вкусу. Сейчас его глина — ты. И ты пинками, с удавкой на шее тащишь себя учить с ним магию, которая тебе не нужна и не интересна. Скажи, Ская одобрила бы это? Посоветовала бы: «Да, Оршоя, мучайся, заставляй себя дальше, страдай, терпи того, кто издевается над тобой, я хочу чтобы ты выучила мою любимую магию любой ценой»?

Оршоя нервно, булькающе фыркнула.

— Нет. Ская бы велела мне прекратить и за руку утащила меня от него. Она бы не потерпела такого. Ская поняла… что я не хочу учить кристальную магию. Но она хотела… Иштван, она так этого хотела…

— Я уверен, твое счастье и благополучие было бы для Скаи важнее, — негромко ответил он, — я не прошу тебя забыть о ее желаниях, но ты не менее важна, чем Ская. Для меня, для Алрани, для твоих родителей. Ты живая и у тебя есть свои желания. Исполни их. А потом, когда справишься, займемся тем о чем мечтала твоя сестра. Ее мечты уже не изменятся, а твои могут исказиться, посереть и скукожиться так, что ты сама их не узнаешь.

Оршоя шмыгнула носом.

— А сам-то! Ты меня не любишь, не хочешь, мучаешься, а детей пытаешься сделать через «не могу». Зачем ты согласился стать моим мужем, Иштван?

— Затем, что ты сделала мне потрясающе выгодное предложение. Выкуп от которого ни один дурак не откажется.

— Ты отказался.

— Я не деньги имел в виду, — Иштван поудобнее устроил Оршою в своих объятиях, — а новый путь со старым, надежным товарищем. Когда стоишь в чистом поле в полной растерянности новая дорога манит невероятно сильно.

— Я не понимаю.

— Сейчас объясню. Когда мы только познакомились передо мной предстала мстительница, сломленная горем и охваченная ненавистью. Некоторые считают тебя жестокой и безжалостной, но не замечают очевидного: ты безжалостна только к некромантам… и к себе. Ко мне, Бэвилу, Энверу, Шандору и Грокке ты всегда относилась внимательно и заботливо. Ты человечна, Оршоя. Но тогда я опасался, что ты погибнешь ввязавшись в безрассудный бой или выгоришь дотла после победы. Я боялся что ты не найдешь себя в мирной жизни, но все вышло с точностью да наоборот: ты спокойно перешла с одного пути на другой, заполнила себя новыми целями и планами, а я… я не знал, что мне делать после победы над некромантами. Мой мотив для борьбы был простым: нельзя стоять в стороне пока творится зло, иначе оно поглотит нас всех. Меня называли героем. Но победив врагов я понял что мне некуда идти. У меня не было дома, родных, планов, ничего. Я был в полной растерянности и цеплялся за тебя до последнего. Помогать тебе переносить наказание Корвуса было так правильно, так замечательно, потому что дальше меня не ждало ничего, кроме бесцельных блужданий по миру и тоски в одиночку у костра. Не люблю одиночество. Всю жизнь был один, никому не нужный, ни к чему не принадлежащий…