Книга Хозяйка пряничной лавки 3, страница 30 – Наталья Шнейдер

— Всего я потратила двадцать пять отрубов, что далеко от пятнадцати тысяч. Полагаю, духовное присутствие при желании может удостовериться в этом, запросив выписку из книги аптекаря. О моей болезни можно справиться у уездного доктора Матвея Яковлевича.

— Итак, Дарья Захаровна утверждает, что денег не получала. Анатолий Васильевич утверждает обратное. Имеются ли у кого-либо свидетельства их передачи?

Разумеется, свидетелей не нашлось. Не нашлось их и для того, чтобы подтвердить, что я ушла сама — Ветров не успел подсуетиться, полагая, что дело будет тянуться годами, как оно обычно бывало. Но и я не могла подтвердить, что муж выгнал Дашу из дома.

Ничья, мать его так и разэтак. Жар от печи давил в затылок, платье липло к спине. Хотелось на мороз.

Но я хотя бы не с похмелья.

— Господин Ветров, пытались ли вы возвратить супругу к совместному проживанию? — спросил тот, что сидел справа.

— Конечно. Я сам приезжал к ней, неоднократно.

— Когда именно?

— Неоднократно, все не упомнишь. — В голосе Ветрова послышалось плохо скрываемое раздражение. — В последний раз… — Он поднял глаза к потолку. — Тринадцатого числа студня. Поздно вечером.

— Прошение было написано четырнадцатого, — заметил председательствующий.

— Говорю же, моя жена очень впечатлительная особа! Она любую мелочь способна превратить в катастрофу государственного масштаба! Я честно пытался с ней примириться и… — Он развел руками с видом человека, уставшего выносить женские капризы.

Сейчас расплачусь, честное слово!

— Дарья Захаровна, — председательствующий повернулся ко мне, — супруг действительно приезжал к вам вечером тринадцатого?

— Я бы сказала, ночью с тринадцатого на четырнадцатое. — Я постаралась произнести это как можно спокойнее. — Приезжал.

— Предлагал вам примириться?

Если бы взгляды могли испепелять, под взглядом Ветрова я бы сейчас полыхала как спичка.

Хотя в такой жаре немудрено. Капля пота сползла с виска.

— Судите сами, ваше высокопреподобие. Мой супруг явился с господином Громовым. Он сказал мне: «Наконец-то я от тебя избавился». Потом повернулся к господину Громову и сказал: «Забирай. Твоя». Возможно, именно так должна выглядеть попытка примириться с супругой, а я просто не поняла его добрых намерений.

Я тут же мысленно прикусила язык.

— Именно такими словами? — уточнил тот, что сидел слева.

— Именно такими.

— Ты все переворачиваешь! — Ветров резко подался вперед. — Да, я был пьян. Мог сказать не так, мог…

— Господин Ветров, — оборвал председательствующий. — Вас не спрашивали.

— Но она лжет! Она клевещет!

— Если это так, здесь присутствует свидетель, который опровергнет ее слова.

Ветров откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.

— Опровергнет, ждите.

— Господин Громов, вы действительно прибыли с господином Ветровым в дом его супруги? — спросил председательствующий.

— Действительно, — сухо сказал Громов.

— С какой целью?

— Господин Ветров был в состоянии, не позволявшем ему самостоятельно добраться до места назначения. Я сопровождал его.

В переводе на человеческий — волок пьяный мешок, не давая тому свалиться.

— С какой целью, насколько вам было известно, он ехал к супруге?

— Господин Ветров заявил, что намерен известить ее о результате игры, произошедшей этой ночью. О намерении примириться он не сообщал.