Онлайн книга «Утаенный меч»
|
«Вольно ж тебе взбесяся бегать по терему», – только змий и мог такое сказать, с облегчением подумала Феофания. Не внук родной! Снова вспомнилось лицо Апраксы – та испугалась их вторжения, вырвавшего ее из объятий любовника. Не знала, что бояться-то надо того, кто у нее под боком… Или знала? Феофания взглянула на Романа – и поразилась. Все сидели с вытянутыми лицами, и только князь явно испытывал облегчение, от радости даже зарумянился. — Это был не я… – пробормотал он и перекрестился с благодарностью. – Слава тебе господи, что оградил меня силою Животворящего Честного Креста! Не я… Я не сноброд никакой, не месячный. Я к ней не хожу. А они один другого стоит. Мертвое – к мертвому… Этих слов Романа никто не понял, но для него самого радость от вести, что не он уже месяц делит ложе с мертвой женой, заслонила даже то, что в тереме его прочно обосновался похотливый бес, крадущий его облик. — Так это не от тебя она понес… – охнул Всеволод и осекся, даже прикрыл рот рукой. Это ж какой срам – княгиня от беса носит дитя, а это дитя было сочли наследником стола, будущим князем плечеевским! — От бесов чад не родится! – Отец Клавдий покачал головой. – Родится головешка или еще какая дрянь, а если и ребенок, то у него в теле ни души, ни костей не будет, он сразу и помрет. — Тьфу, сохрани Владычица Небесная! – Феофания перекрестилась, все повторили за ней. – Так что же нам с ней теперь делать? — А она-то знает? – спросил Всеволод. Все переглянулись. Знает ли Апракса, что делит ложе не с мужем, а с бесом? — Сдается мне… что нет, – с колебанием ответил Ратимир. Он был еще немного красен и взбудоражен ночной битвой со змеем; еще помнилась пролитая с неба волна огня. Надвигающаяся стремительно пламенная стена еще стояла перед глазами, все тянуло себя пощупать, дабы убедиться, что жив. Людей во дворе опалило только на миг, но хотя каждый ощутил неистовый жар, каким-то чудом никто не погиб, только волосы, бороды и брови немного обгорели. Отчасти Ратимир был и растерян: чуть не десять луков пускали стрелы в злыдня, а тому хоть бы что. И свяченая вода не помогла… — Она жена честная, – поддержал его Иерофей, хоть и не очень уверенно. Слишком горько было думать, что сам сосватал для Романа пособницу змия. — Да какая там честная! – вступила Феофания, опомнившись и сообразив, что для нее этот змий – просто подарок. – Она ж из Вронска! Все они, рязанские, от рождения богом прокляты! Не могло от этого семени Каинова произойти ничего доброго! Дьявол-то всем их родом владеет, вот и ею завладел! Осознавая, что все это может значить, Феофания оживала на глазах, чуть ли не разрумянилась, как молодая. Недавний позор обращался в победу – она и толпа челяди своими глазами видел в постели у Апраксы летучего змия-любовника! Роман уверял, что в ту ночь и шагу за порог не делал; его было сочли снобродом, но оказалось-то, что он здоровее других, а вместо него у Апраксы был любострастный бес лукавый! И в эту ночь Роман сидел под замком, а бес навещал Апраксу – на глазах у Фларя пришел, на глазах у Ратимира с отроками ушел! Как уходил – ощутил весь княжий двор и весь Верхний город. Все видели пламенную вспышку, слышали боевой полушип-полусвист. Жители детинца сбежались, думая, княжий двор объят огнем пожара, но пока накидывали на себя что-то и выбегали из домов, весь «пожар» уже улетел. Теперь толки шли по всему городу, но там еще не знали главного: у молодой княгини завелся любовник-бес! |