Книга Техник-ас, страница 212 – Евгений Панов

— Aufstehen! Stillgestanden!^[118] – гаркнул я.

Сергея буквально сдуло из-за руля мотоцикла, и он вытянулся в струнку. Все, кто был поблизости, прикинулись ветошью и предпочли по-тихому исчезнуть, пока пьяный самодур не обратил на них внимание. Выскочивший из пивной Николай резко затормозил у двери, не зная, что ему делать. В принципе, будь я действительно немецким офицером, у него был бы конкретный залёт: распитие спиртных напитков во время службы – это в любой армии чревато нехорошими последствиями.

Я, не обращая на них внимания, полез в коляску, при этом чуть заметно махнув рукой наблюдавшей за всем происходящим из-за заборчика Рите. Она наверняка узнала этих двоих. Устроившись в коляске под удивлёнными взглядами Сергея с Николаем, я снял фуражку, пригладил волосы и едва слышно прошипел:

— Поехали! Чего встали столбом?!

К счастью, замешательство этих двоих длилось секунду. Сергей ударил ногой по кикстартеру, а Николай запрыгнул на заднее сиденье, по-прежнему не сводя с меня удивлённых глаз. Узнали, черти.

Проехав немного, я махнул рукой в сторону глухого проулка. Мотоцикл свернул и остановился. Я выбрался из коляски.

— Где старшина?

— Това…

Рот Николая сам собой начал растягиваться в улыбке, но пришлось его осадить:

— Герр майор. Так где старшина?

Эти двое переглянулись и в молчании уставились на меня. Ладно, попробуем с другой стороны.

— Где продаётся славянский шкаф? – произнёс я пароль.

Оба моих собеседника синхронно выдохнули.

— Славянский шкаф уже продали, но есть никелированная кровать, – чётко, по словам, ответил Сергей. Я ещё в прошлую нашу встречу заметил, что он более сдержанный.

— Вот и добрэ! Так где ваш фельдфебель?

— Он сегодня разводящим в карауле на станции и не смог прийти на встречу, отправил нас. А мы в мотопатруле разъезжаем по округе.

— Ясно! Передайте старшине, что я буду ждать его завтра вечером по адресу Моховая, одиннадцать. Это срочно. Пусть выкручивается как хочет, но он обязан быть там. Всё запомнили? Тогда свободны.

Старшина пришёл часов в восемь вечера. Накануне я отправил Григория, едва они с Ритой вернулись, в отряд Сидарчука. На встречу и разработку детального плана времени уже не было, детей вот-вот должны увезти в другие госпитали. Задача у партизан была простой и одновременно сложной: они должны будут ударить по госпиталю и вывезти детей в безопасное место.

Я поздоровался с бывшим старшиной.

— Проходи, Иван Силантьевич. Рассказывай, как дела обстоят.

— Дела обстоят хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем могло быть.

Плужников сел за стол, косясь на сидевшую в углу и делавшую себе маникюр ножом Риту.

— О как! А поподробнее?

— Не успели приехать, как сразу начали ходить в караулы. Охраняем станцию, госпиталь, внутренний караул и патруль. С верными людьми переговорил, все ждут сигнала. Возможно, когда начнём, сможем ещё кого перетянуть на нашу сторону.

— Что с техникой?

— Вот здесь лучше, чем ожидалось. Как оказалось, все броневики – и наши, и немецкие – на ходу, и боезапас на них надо только загрузить. Я аккуратно так пообщался с начальником мастерской, тоже из бывших пленных, военинженер Ермилов, откровенно ему всё рассказал. Честно, держал в кармане пистолет на всякий случай. А он сам вдруг вытаскивает из своего кармана пистолет и говорит мне: мол, я думал, что ты, фельдфебель, сука, а оно вон как оказалось. В общем, вся техника, в том числе и огнемётный танк, готова к бою. Экипажи сформированы.