Книга Высотка, страница 37 – Елена Рыкова

Домовики их смешно перед собой катили, как снежные комья. Будто бабу сейчас лепить будут. И рассовали везде-везде: Лут-Лёша с Вовчиком отыскали одно в подвале, Боря-найдёныш и Аркаш Горыныч – на подоконнике лестничной клетки, Вика-лебедь – в зимнем саду под кустом папоротника, бабушка Варя – в старом птичьем гнезде у себя на балконе, Анчутка – внутри сломанной куклы.

Ближе к ночи пришёл Сашка – хоронить Леща под тополем. Мы к аквариуму, а там никого нет.

— Видимо, папа уже выкинул, – расстроилась я.

Тут вдруг лампочки в доме помигали и вырубились. Мы в воду глянь, а там он – жив-здоров.

— Это всё твой дедуля, – сказал Санёк. – Тайком его на нового подменил, чтоб вы не ревели.

Деда Фей у меня и правда знатный фокусник. Только я собралась Саше поверить, как Лещик повернулся ко мне своей курносой моськой и подмигнул.

— Я не новый! – прошептал он. – Я – рыба-феникс!

Яйцо, которое Анчутка нашла внутри куклы, оказалось не простым. А золотым. Анчутка его била-била – не разбила. Миллиардер Чудинов бил-бил – не разбил. Их корги по кличке Дуки^[46] бежал, хвостиком махнул, яичко упало и разбилось. Из него игла выпала. Тоже золотая, длинная.

Анчутка её сломала.

Тут же на сороковом этаже трубу прорвало, у второго подъезда всеподъездный потоп случился. От воды лифты опять встали, а канарейка семьи Кикваридзе начала кукарекать. Младенец Аврелий у Римских зарыдал статьями из «Советской энциклопедии». Кирюшина мама пироги испекла и – бац! – вдруг выкинула их с балкона.

Из-за всего этого у дяди Бори-найдёныша электронный ошейник сломался, так его смогли поймать только в Шереметьево: пытался улететь в Канаду по подложным документам.

Василий Морозов проснулся раньше времени и с испугу начал красную шубу натягивать. Снег сразу же повалил. В начале мая.

Детектив Серёня принялся расследовать произошедшее.

Вовчик с Лут-Лёшей подсовывали ему улики, липкие и пахнущие дынной жвачкой.

Немец, француз и русский поспорили, это уже апокалипсис или ещё нет. А если да, кому роль какого всадника достанется^[47].

Пришлось Дворнику всех успокаивать. Для начала он починил трубу. Потом вызвал бригаду в оранжевых комбинезонах для усмирения лифтов. Долго уговаривал Василия лечь обратно спать, попутно стаскивая с него шубу.

Мы с Сашей и тётей Васей КГБ в это время сидели на лавочке и думали.

— Игла, – сказала я.

— Кощей, – сказал Саша.

— Кощеева смерть, – уточнила тётя Вася.

Мы замолчали и вместе представили, что где-то там, в таинственных чертогах, зачах над златом хрупкий скелет. Я поёжилась: бессмертных почему-то жальче.

— Может, давай его сокровища поищем? – предложил Санёк. – Я могу лопату у Римских одолжить.

— Кощеево золото прóклятое, – сказала тётя Вася. – Найдёшь его – сам там навеки останешься.

Я в Сашкину руку вцепилась: не пущу!

Тут Анчутка со своим корги гулять вышла. Дуки – ходячий пуфик. С ними Марика, они с Анчуткой лучшие подруги. Волосы у Марики уже отросли немного, она похожа на одуван вишнёвого цвета.

— Ну что, как там дела? – я кивнула на высотку.

— Ужасно, – призналась Анчутка, – лифты только в парке Юрского периода открываются, а там уже шестеро из бригады пропало! Дворник трубу починил, а она как запоёт! Теперь внутри дома дождь начался. На двадцать втором молнии бьют. Но самое страшное, что у всех провайдеров случилась авария на линии. Теперь подъезд без интернета!