Книга По следу добычи, страница 6 – Тимофей Иванов

Вторым пунктом противодействия «болотным еретикам» стали попытки освящать поля после наших благословений. Тут у пастора ничего не вышло, всё таки работая с почвой на повышение её плодородия друиды не создают некую ритуальную зону, в которой и сухая палка прорастёт. Так тоже конечно можно, но уж очень затратно, если речь не идёт о мелкой делянке с какими-то особо нужными прямо завтра травами. Поля же в первую очередь спасаются от истощения почв, вкладывая энергию и прося саму Природу восстановить верный баланс. Не был агрономом в прошлой жизни и вообще как-то оказался там далёк от сельского хозяйства, но про минеральные удобрения там кажется не слышал только ленивый. И сдаётся мне мы с Корнегуром работали с чем-то вроде их магических аналогов. Так что после нас рассеивай магию Светом, не рассеивай, а результат особо не изменится. Тут как с теми же гибкими лозами, способными спелинать жертву, отключение волшебы просто заставит их перестать тебя сжимать, но выбираться придётся в ручную. Что впрочем не помешало жрецу поставить повысившуюся урожайность себе в заслугу. Я на это плюнул, сельчане тихо посмеялись.

Но вот когда он развеял заклятия, отпугивающие от амбаров грызунов с прочими вредителями, ситуация слегка поменялась. К хорошему привыкаешь быстро, крестьянам года за глаза хватило, что прийти к мысли, что друид существо крайне полезное, а его трюки облегчают жизнь. Так что они очень огорчились, когда пастор прошёлся со своими благословениями и зерно опять начала жрать всякая пакость. Жафран попытался с ним сначала по человечески поговорить, а когда не получилось очень прозрачно намекнул, что лёд нынче на речках тонкий, можно провалиться и уже не выплыть. Юверин на угрозы побежал жаловаться барону, но получил по шапке и там, сир Лионель как-то не оценил, начало истории про начавший портиться урожай. Правда сам угрожал только выгнать жреца со своей земли за вредительство, коль скоро церковники подсудны лишь церкви. Тот похорохорился, но всё таки смирился с положением вещей и с тех пор у нас с пастором была своеобразная холодная волна. Ну точнее у меня, Корнегур-то класть на всё это хотел, разве что ругнулся на одного святошу, которого всё таки стоило прибить по тихому. Хотя по мне так решение оставить приора в покое было правильным, такого иерарха даже если без свидетелей замочишь, будут проблемы. Придётся переезжать. А так он укатил к себе в пенаты и приходится переживать не об отряде паладинов, прибывших по наши души. Только о излишне рьяном жреце, что может подпортить заговоры на амбарах и мрачно на меня зыркает, всякий раз как видит.

— Ну что скажешь? — поинтересовался Жафран, когда мы дошли.

— Да вроде в порядке всё — отозвался я, шагая вдоль стены амбара.

— Тогда чего он сюда лазает? — мотнул седой головой бывший десятник, которому в своё время очень не понравилось, что святоши решили подменить тут своим мнением правосудие барона.

— Чужая душа потёмки — пожал я плечами — Может пытается даже разобраться как всё это работает, чтобы повторить. В конце концов мы оба умеем лечить, пусть и по разному, почему бы не научится отпугивать мышей Светом?

— А так можно? — поинтересовался староста.

— Наверно да, хотя даже близко не представляю как, грызуны ведь не нечисть какая, а обычные живые существа — развёл я руками, возвращаясь обратно ко входу — Давай ещё внутрь заглянем.