Книга Школа Шрёдингера, страница 10 – Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак, Дина Сабитова, и др.

— Да пусти, блин, уронишь! – возмутилась она.

* * *

— Самоликвидация станции через… сорок девять минут… сорок девять минут, – провещал неживой женский голос из громкоговорителя.

Дракон со скрежетом отворил покореженную дверь отсека образцов флоры и фауны, предвкушая, как сейчас передаст Би-Би Джею настоящую правительственную награду от руководства Великой Семьи Нрогов.

Вместо этого он остановился на пороге, всплеснул руками и укоризненно сказал:

— Бенедикт! Аня! Ну вы нашли время и место!

Они отодвинулись друг от друга, ухмыльнулись и одновременно ответили:

— Окей. Только я Ана.

— Простите… Но только я Би-Би.

Макс влюбился вечером в пятницу, в шесть двадцать по системному времени, когда отрубленная голова минотавра взлетела, кувыркаясь, и поток черной крови ударил из обрубка, пачкая белые крылья любви. Любовь парила над схваткой. Крылья, огромный меч, короткая туника, сандалии на ремешках, длинные-длинные волосы и длинные-длинные ноги – все было белым, забрызганным черной кровью. Недостижимая и прекрасная, невозможно было не влюбиться. Макс так и сделал. Не первый раз.

Рейд закончился, лидер дал всем отбой, так что Макс отключился сразу. И тут же поймал входящий матери.

— Солнышко, всё в порядке? – И, не давая ответить: – Только не пытайся скрыть, у тебя же пульс подскочил, такое происходит при сильных переживаниях! Вот! Ты краснеешь!

До отключения родительского мониторинга Максу еще полгода.

— Я немедленно свяжусь со специалистом…

— Лена, может быть, не стоит каждый раз, когда… – Это папа подключился.

Они начали спорить, опять, но у папы было только его собственное мнение, а у мамы – восемь терапевтических пабликов.

— Делай как знаешь, – произнес папа свою коронную фразу и скрылся.

А на его месте сразу же возник Соломон Юрьевич, доктор вирт-психологии, моложавый дедушка в домашнем, уютный и спокойный. «Я всегда готов выслушать» – это лого его курса такое. Даже надкусанный бутерброд вон на углу стола лежит, так спешил откликнуться.

— Приветствую, голубчик! – начал Соломон Юрьевич и тут же улыбнулся. – О, вижу, вижу, как сердечко-то бьется! Влюбились, юноша? Признавайтесь!

Макс признался, конечно. А чего такого?

— И кто же она? Валькирия? Интересно! – по-доброму усмехаясь, уточнял Соломон Юрьевич. – Трехсотого уровня? Призывается артом или ритушкой? А, через конт! Тогда конечно, конечно…

Соломон Юрьевич поговорил еще минут пять, посмеялся в аккуратную седую бородку и мигнул, отключаясь. Макс тут же рванул в коридор, к родительской двери.

— …Не стоит переживать, голубчики, – доносился оттуда бодрый голос Соломона Юрьевича. – Юность, гормоны… Поверьте мне, любовь – это отличная терапия в его возрасте. Как и комплекс витаминов, рекомендованный нашим курсом. Вы ведь подписаны?

— Подписаны! – пискнула мама.

— И очень правильно! – воскликнул Соломон Юрьевич. – Комплекс витаминов и любовь – замечательная терапия для подрастающего организма. Подростки переживают психологически трудные времена: всё чаще выходят в реал, всё больше им надо решать в жизни. Без точек респауна и откатов. Так что пусть влюбляются, это все быстро пройдет!

— М-м-м, – сказал папа.

— Не волнуйтесь, голубчики, – рассмеялся Соломон Юрьевич. – Он нас не слышит, я отключил его линию.