Книга Конан и день льва, страница 74 – Валерий Евтушенко

Вероятно, разгром повстанческой армии был бы полным, но аквилонские солдаты наткнулись на обоз повстанцев за холмом и стали грабить телеги, прекратив преследование. Дорога к Хороту на всем протяжении была черна от бегущих людей, часть конницы стрелой мчалась к лесу, рассчитывая найти там укрытие.

Конан и Паллантид с группой своих гвардейцев переплыли Хорот и, когда на землю опустилась ночь, укрылись в одной из пещер, неподалеку от того места, где несколько дней назад был лагерь принца Нумитора. К ним присоединилось еще несколько десятков солдат. Почти сразу разразился сильный ливень, что Конан расценил как добрый знак, так как по такой погоде их никто не станет искать.

— Нергал побери этого Ульрика! — в сердцах произнес киммериец, греясь у разведенного в пещере костра. Впервые у него возникла мысль, что, возможно, граф Каллиодис ведет двойную игру, хотя он сразу же ее отбросил. Скорее всего, граф обладал не всей информацией. Горечь поражения терзала сердце киммерийца. Сегодня, когда уже победа, казалось, была в его руках, он проиграл, а Повстанческая армия после кровавой битвы разбежалась и собрать ее теперь будет не легко. Собственно говоря, потери были не очень большими, но солдаты, потерпевшие поражение — плохие воины. Им нужно одержать победу, чтобы восстановить моральный дух. Но о победе вообще думать не приходится, с ним в пещере тут было сейчас не больше сотни воинов разных родов войск и все они были подавлены случившимся. Положение выглядело безнадежным. Конан знал, что аквилонцы на той стороне Хорота добивают раненых и выискивают живых повстанцев, поэтому тех, кто не успел скрыться в Пуантене, скорее всего, ждет плен.

Его беспокоила судьба Просперо и Гродера, за Троцеро он переживал меньше, зная, что граф собрал большинство своих рыцарей и, наверняка, переправился с ними через Хорот. Скорее всего, он уже приближается к Терроне. «Хоть это радует!» с облегчением подумал киммериец. Он волновался, куда подевался Просперо, но рассчитывал, что удача и в этот раз не покинет его, всегда выходящего сухим из воды, приятеля.

Все сидевшие в пещере жались друг к другу у костра, пытаясь согреться, так как большинство вымокли до нитки перебираясь через Хорот вплавь, используя подручные плавсредства, как и сам Конан. Он попытался их пересчитать, получалось около сотни. Киммериец сокрушенно вздохнул, подумав, что придется начинать все сначала. Он выставил у пещеры часовых и они всю ночь приводили в нее тех, кто здесь случайно оказался. К полуночи их набралось еще человек сто и, укрывшись плащом, киммериец погрузился в сон, так как завтра предстоял тяжелый день.

Проснулся он, когда совсем рассвело. Дождь перестал. В пещере слышалось бряцание оружия, шум приглушенных голосов. Киммериец поднялся на ноги, протирая глаза ото сна, и наткнулся на насмешливый взгляд Просперо.

— Вставай, Командор! — приветствовал его пуантенец. — Нас ждут великие дела!

— Просперо! — радостно сжал его в объятиях Конан. Он вывел приятеля из пещеры, чтобы их разговора никто не слышал, так как на хорошие новости не рассчитывал.

— Хвала Крому, ты жив! — сказал он. — Но, где ты был и что с Троцеро?

— Я с частью своих людей укрылся в лесу. Ночью во время ливня мы перешли на эту сторону реки и сейчас со мной около двух тысяч всадников с конями. Троцеро ускакал со своими рыцарями в Террону. Думаю, и нам надо присоединиться к нему.