Книга Конан и день льва, страница 88 – Валерий Евтушенко

— Троцеро со своими рыцарями предполагает быть здесь через двое суток., — торжественно произнес он. — Теперь наступает новая фаза в нашей борьбе с Нумедидесом.

Трактир «Щупальца спрута» в Квартале контрабандистов Шамара мало чем отличался от таверны «Ржавый якорь» в Портовом районе Тарантии. Единственная разница заключалась в том, что если в «Ржавом якоре» основными завсегдатаями были воры, то «Щупальца спрута» предпочитали местные контрабандисты. Из Шамара с давних времен вели хорошо налаженные контрабандные пути в Бельверус, Ианту и Мессантию, по которым пользующиеся спросом товары востока и запада распространялись по большей части государств Гибории, не облагаемые налогами, пошлинами и акцизами. Контрабандисты — народ предприимчивый, но в отличие от воров, брезгующий карманными кражами, всегда были при деньгах и поэтому снисходительно относились к воровскому промыслу «братьев своих меньших», которые тоже посещали «Щупальца спрута» больше в расчете на дармовое угощении за счет своих более состоятельных собратьев. Владелец трактира Гонтран, полноватый лысеющий аквилонец, старался угодить вкусам своих постоянных клиентов, поэтому кухня у него была даже лучше, чем в «Ржавом якоре» в Тарантии.

Здесь на втором этаже трактира Альдемар Дагобер уже почти неделю снимал комнату, приобретя внешность рыжебородого наемника в поисках работы. Лицо настоящего Дагобера не видел никто из посетителей трактира, включая хозяина. Дагобер умел учиться на своих ошибках, поэтому, войди сейчас в трактир толпа стражников с его портретом, он бы и ухом не повел. Опознать его в Шамаре не могла ни одна живая душа. Но стражники все не появлялись и он все чаще думал о том, что разыскивать его по всей Аквилонии король вряд ли станет, достаточно того, что он уехал из Тарантии и перестал представлять для него угрозу.

В его нынешнем облике был только один недостаток, который он не учел, оказалось, что в Шамаре немало людей, которые нуждаются в услугах наемника и некоторые из них уже обращались к Дагоберу с конкретными предложениями, которые он, ссылаясь на различные обстоятельства, вынужден был отклонить. Но так долго продолжаться не могло, отказ от подобных предложений рано или поздно мог возбудить подозрения у трактирщика. Конечно, это было не так уж страшно, но Дагобер не хотел привлекать к своей личности даже малейшего внимания. Он уже подумывал о том, чтобы удалиться из Шамара на несколько дней или даже неделю под предлогом, что принял от кого-то заказ на услуги накмника, но спустившись в зал, чтобы пообедать, увидел за соседним столом пожилого седобородого мужчину и совсем юную девушку, которой вряд ли исполнилось больше семнадцати лет. Дагобера привлекли ее изумрудные в пол лица глаза, спрятанные за сенью черных ресниц и тонкие черты миленького личика с легким румянцем на щеках. Ее золотистого цвета волосы скрывал наброшенный на голову капюшон дорогого плаща. Сидевший рядом с ней седобородый мужчина, увидев Дагобера что — то коротко сказал девушке и, поднявшись из-за стола, подошел к нему.

— Ты ведь наемник? — учтиво спросил он. — Мне Гонтран сказал, что тебе нужна работа. Я Агерад, известный в Шамаре ювелир и мне нужна твоя помощь.