Книга Боги и Эпохи. Беседы с богами по-взрослому, страница 88 – Максим Михайлов, Владислав Лебедько, Евгений Найденов

В.: Принцип — то есть закон?

Д.: Можешь назвать и законом. Хотя это закон вне закона Во Вселенной нет никаких устойчивых законов, кроме постоянной изменчивости. Если кто-то даже из богов говорил вам о каких-то Вселенских законах, типа закона кармы там, — можете над этим посмеяться. Нет законов, которые были бы неизменны. Одна изменчивость, которая тоже не является законом и необходимостью. Можно изменяться, а можно и не изменяться…

В.: К тебе применимо понятие противоположности? Они в тебе есть?

Д.: Ну, если ваши мозги это ухватят, то слушайте — я содержу в себе все возможные противоположности этого мира, и, в то же самое время, во мне их нет. Ни одной пары. Абсолютно целостная система.

В.: Можно ли описать тебя как некое знание?

Д.: Скорее как незнание. Незнание — которое пишется слитно.

В.: Можно ли назвать тебя процессом?

Д.: Можно, а можно и состоянием. Ты хочешь меня уловить? Не выйдет. Я — неуловим. Хотя мало кто пытается меня поймать… Впрочем, захотите поймать — поймаете. Но ненадолго. Надолго меня не поймать. Не удержать.

В.: Поймать или слиться с тобой?

Д.: Поймать, чтобы влезть на мой гребень. Бывает, крайне редко, кто-то забирается на мой гребень. Но долго там не удерживается.

В.: Долго — это сколько?

Д.: Минуты, часы, редко — дни.

В.: А пьяный человек или тот, кто находится под действием галлюциногенных веществ — может тебя поймать?

Д.: Может, но не хочет. Тут другая проблема. Еще один парадокс заключается в том, что все вы меня поймали уже давно, все вы — на моем гребне с начала времен, но, в то же время, меня не поймал почти ни один из вас. Просто потому, что вы не осознаете, что все вы — изначально в Игре.

В.: Те, кто согласен, что он в Игре…

Д.: Попробуй, согласись! От того, что ты скажешь это, ничего не изменится. И в то же время — ты на моем гребне от века.

В.: Я не про слова говорю, а про действительное соглашение.

Д.: Переживешь это, не будешь от этого бегать — тогда поговорим. Вы привыкли жить в образцах мышления. Но по сути — вы все в Игре. И никуда из нее не выходили с момента Творения. Ни на мгновение никто никогда из Игры не выходил и не выйдет. Другое дело — это осознать.

В.: Можно ли сказать, что человека от тебя отделяет «образ Я»? То, что описано у Жака Лакана?

Д.: Можешь сослаться и на Лакана. Можешь сказать, что верования убивают переживания. Отделяет не только «образ Я», а любой образ, любое представление, убеждение, верование.

В.: Ты — суть Жизни?

Д.: Я — сама Жизнь. Просто Жизнь.

В.: Много сейчас говорят о любви. А в тебе есть любовь?

Д.: Во мне все есть. Для меня нет деления на любовь и нелюбовь, ненависть и сострадание, радость и грусть, жалость и жестокость. Все это едино для меня. Весь спектр, весь лабиринт переживаний. Главное же для вас — не прятаться от них. Если ты хочешь вечно любить — это тоже будут прятки.

В.: А на животных и растения твои действия распространяются?

Д.: Я же сказал — я распространяюсь на всю Вселенную. На все без исключений. На органическую жизнь и неорганическую. На все.

В.: А как понимать такую вещь, как предсказания? Ты говорил, что никто не знает про следующее мгновение, а ведь существуют пророчества, которые сбываются. Как это сопоставить с твоими словами?

Д.: В Игре нет ничего невозможного. Возможны линейные версии лабиринта Игры, возможны нелинейные. Если вдруг выпадает линейная версия, то предсказания могут исполняться. А могут не исполняться, или исполняться частично… Возможны все варианты. Шарик, запущенный в рулетке, может остановиться напротив любой метки. Эта метка, возможно, совпадет с тем, что ты загадал, а возможно — и нет. Те, кто в свое время обращался, например, к Ванге, и для кого сбывались ее предсказания, просто попадали в одну из линейных версий лабиринта, которую создавала сама Ванга своим сознанием. Это — одна из возможных сиддх в этой Игре.