Онлайн книга «Боги и Эпохи. Беседы с богами по-взрослому»
|
Если осознать всю совокупность этих парадоксов, тогда можно играть легко. В ваше время, в конце двадцатого века, были философы, которые умом поняли эту загадку. Увы, только умом. Но жизнью своей не соответствовали своему пониманию. Я имею в виду, например, Жиля Делеза, который предложил такую версию организации жизни, как ризома[2]. Да, ризома где-то очень близко подходит к описанию моей сути и восприятия, организованного таким образом, что это позволяет ухватить мою суть. Спонтанность, свободная даже от спонтанности. Спонтанность не означает, что ты должен делать только непредсказуемые действия. Ты можешь делать предсказуемые вещи и быть спонтанным, и наоборот. В.: Знаешь, ты настолько всеобъемлющий, что я даже не знаю, о чем тебя спрашивать. Куда ни ткни — везде твои проявления». Д.: Я скажу, что сейчас с тобой происходит. Ты просто попался. Попался в образ своих представлений. И ты испугался. Я здесь, я веду с тобой диалог. Я открыт. А ты врубил задний ход. Заметь — ты побоялся задать следующий вопрос. Побоялся оказаться в дураках. Это тоже нормально. Продолжим? Это же интересно. Это жизнь. Вот так вот люди иногда пытаются поймать жизнь. Иногда на несколько минут это удается. Сколько ты продержался сейчас — минут двадцать? Я — тот неуловимый Джо из анекдота, за которым никто не охотится. Потому что боятся. А чего страшного? Попробуй — может, и поймаешь». Именно потому, что я везде, куда ни ткни — попадешь в меня. Поэтому не бойся и задавай любые вопросы. Видишь, как я сам иду тебе навстречу? Можешь задавать глупые вопросы. Не ограничивай себя. В.: Не проще было бы жить без неопределенности? Д.: Изменчивость — это база жизни. Все законы имеют ограниченную область применимости, кроме изменчивости. Даже в физическом мире, например, по мере приближения к минимальному кванту пространства-времени, перестают действовать все физические законы. Любой закон имеет свой контекст. Поэтому — проще не было бы. Все и так предельно просто. В.: Это ты думаешь, что все просто. А людям кажется, что неустойчивость и изменчивость только усложняют жизнь. Д.: Для меня все не только просто, но и сложно. Для меня есть все. Утверждая, что есть некий закон, который ограничивает жизнь от сих до сих, вы вырезаете кусок жизни из бесконечного спектра. А молено быть вольным. Это и просто, и сложно одновременно. Можешь вспомнить антиномии Канта[3]: «Все в мире просто — все в мире сложно»… В.: Скажи, пожалуйста, а есть ли что-то, что ты про себя не знаешь? Д.: Конечно. Я вообще не знаю себя. В.: А поподробней можно? Д.: Как я могу познать абсолютную непредсказуемость? Я пытаюсь все время ее поймать, но все время отстаю сам от себя. Наступаю себе на пятки. Как только я что-то узнал — через вас, людей, в основном, — я уже далеко впереди. Как мифический пловец с острова Делос Джокер, как вы меня сейчас называете, — это парадокс, на парадоксе сидящий и парадоксом погоняющий. В.: Можно сказать, что твое знание о себе непрерывно пополняется? Д.: Можно. Но что такое «мое знание о себе»? Я же не персонифицированный субъект. Я — принцип. Познаете меня вы — люди. В.: А вот двадцать первый Аркан Таро — «Дурак», или «Безумец» — это тоже ты? Д.: Нет, не я. Этот Аркан отражает лишь одну из моих неисчислимых ипостасей, хотя он сам очень многогранен. |