Книга Сага о Школе вождей, страница 111 – Дмитрий Емец

— Ты хорошо плаваешь? – спросил Рюрик.

— Неплохо, – скромно отозвалась Тень. – А ты?

Будущий вождь смутился. Племя Каменных Медведей живёт вдали от океанских берегов и не славится рыбаками и мореходами.

— Мне этого не надо! Великие воины не обязаны плавать! Они должны встречать врага лицом к лицу! – заявил он.

— Да? А если враг в воде? Что делают великие воины в таких случаях? Зовут мамочку? – наивно захлопала ресницами Тень.

— Нет, великие воины пускают во врага побольше копий, чтоб он вообще на берег не вылез, – ответил Рюрик.

Один из рамфоринхусов имел неосторожность подойти к краю скалы. Тут же в него ударила струя воды. Брызги заполнили пещеру. Когда вода отхлынула, обеих чудил уже не было. Харибде удалось их смыть и сожрать.

— Видали? – восхитился Кузя. – Харибда пальнула по рамфоринхусам. А до этого она пальнула в нас. Получается, харибда выдаёт струю воды примерно раз в десять минут… Потом втягивает воду, раздувается, выискивает цель. Вся её жизнь сводится к двум вещам: набрал воды – пальнул. И так век за веком… Харибду мы проскочим! Надо только подождать, пока она в очередной раз выпустит воду! Теперь разбираемся со Сциллой!

Едва Кузя упомянул Сциллу, как что-то завыло, заскулило, залаяло, зашипело. Сцилла явно гневалась, что Харибда отняла у неё рамфоринхусов, да ещё и окатила водой.

Камень в обруче у Тени тускло светился.

— Ничего не понимаю! – пожаловалась она. – Я чувствую быка, пса, змею, чудилу, драковидлу и человека. Целый хор существ! Помните в книге? Визжит, на все голоса стонет. Шипит, кричит, лает, завывает…

— Ничего не кажется странным? – задумчиво протянул Кузя.

— Нет! – сказал Рюрик.

— И мне нет. Хочется ей пошипеть – она шипит. Хочется рычать – рычит… На Харибду рассердилась или, может, корабль вдали увидела! – сказала Тень.

— Хочу рассмотреть Сциллу поближе! Когда я прикажу, тяните меня изо всех сил! Будете халтурить – меня сожрут! – предупредил Кузя.

Он скользнул в трещину, уходившую вниз, и сразу понял, что сглупил. В нос Кузе ударила тошнотворная вонь. Углы и пол пещеры были завалены костями и помётом. За этой довольно большой пещерой, отшлифованной жёсткой чешуёй Сциллы, шли ряды каменных колонн, за которыми начинались лабиринты маленьких пещер. Сюда Сцилла заползти бы уже не смогла, разве что просунуть шеи.

Борясь с тошнотой, Кузя заполз в одну из них и начал наблюдение. Сцилла его пока не замечала. Все её головы были обращены к океану. Вблизи чудовище смахивало на гигантского кальмара, покрытого чешуёй. Тело было неуклюжее, массивное, а шеи длинные, тонкие, похожие на свернувшихся змей. Высмотрев добычу, которая имела неосторожность проплывать, пролетать или проходить мимо, Сцилла выстреливала змеями, челюсти вцеплялись в жертву, втягивали её в пещеру, и начинался пир.

Кузе многих чудил и драковидл довелось повидать, но таких мерзких, как Сцилла, пока не было. Снаружи её морды были полупрозрачными, словно вылепленными из желе, а внутри них таились другие головы! Кузя узнал быка, пса, двух драковидл, змею и человека… Видно, несчастный утопленник или пират, схваченный с палубы ладьи.

Пока Кузя пытался понять, действительно ли это человеческие останки, длинная шея с головой пирата распрямилась, и голова произнесла:

— Эх… Давненько я ничего не ел! А уж не пил лет сто! У-у-у-у!