Книга Сага о Школе вождей, страница 117 – Дмитрий Емец

— Не решилась?

— Испугалась, – призналась Фиоля.

* * *

На привале Рюрик нацарапал ножом на куске бересты портрет Тени. Получилось, мягко скажем, не идеально. На рисунке худенькая и гибкая Тень смахивала на богиню плодородия. У неё были огромные глаза и лук, который, судя по его размеру, стрелял копьями.

— Это кто? Я?! – поинтересовалась Тень.

— Он художник. Он так видит, – успокаивала её Гундря.

Тень молча отобрала у Рюрика бересту, порвала её и выбросила. А вечером Фиоля, к своему удивлению, заметила куски бересты в походном мешке у Тени, когда та что-то перекладывала.

— Это я на растопку костра прихватила! Нормальную бересту ещё попробуй найди! – поспешно объяснила Тень.

— Ясное дело, на растопку! – согласилась Фиоля.

Тень быстро взглянула на неё.

— Погоди. Только честно. Что ты сама об этом думаешь? Я же хорошо у него получилась?

— Местами. Особенно правый глаз, – признала Фиоля.

Тень не почувствовала иронии.

— Да. Глаза красивые, большие! – оценила она. – И Рюрик, он тоже… ну, ничего… А знаешь, что мне нравится в Рюрике больше всего? То, что у него сломан нос! Я тоже хочу сломать себе нос! Ну, из солидарности! Чтобы у нас у обоих были сломанные носы. Круто, да? Мы идём, и все видят, что мы вместе, ведь у нас одинаковые носы! Круто?

— Невероятно круто. Но… лучше не надо, – посоветовала Фиоля.

Она уже привыкла, что Тень временами немного заносит. А ещё она очень быстро пускает в ход лук и нож. И чрезвычайно громко ругается. В остальном же будущая вождица почти идеальна.

— Да, – согласилась Тень. – Я тоже подумала, что специально ломать нос не буду. А то ещё Рюрик возомнит себе невесть что… Он же эгоист страшный! Только про себя и думает! Я вчера рассказала ему всю свою жизнь… Думала, он слушает, а он взял и уснул. Гад, да?

— Гад, – подтвердила Фиоля.

— Я тебе не надоела? Не слишком много болтаю? – забеспокоилась Тень.

— Терпимо, – успокоила её Фиоля.

Днём Тень сильно изводила Рюрика своим острым языком. Но и Рюрик в свою очередь изводил Тень. Причём делал это несложным способом. Способ этот назывался «тотальное жлобство» и работал так.

— Дай мне свой маленький нож! – требовала, к примеру, Тень.

— А зачем тебе мой ножик? – незамедлительно спрашивал Рюрик.

— Да какая тебе разница? Дай же!

Рюрик прищуривался и цокал языком. Доставал ножик, вертел его в руках, дразня Тень, после чего опять возвращал в карман.

— Не дам, пока не скажешь, зачем он тебе, – отказывал он.

— ДАЙ! – стонала Тень.

— А ты скажи, что будешь с ним делать!

— А-а-а-а! Хочу шнурок отрезать! – вопила Тень.

— Нет. Не дам. А вдруг ты ножик испортишь? У кого-нибудь другого попроси! – окончательно отказывал Рюрик.

Кузе казалось, что нетерпеливая Тень однажды задушит Рюрика, но после таких фокусов она, кажется, начинала любить его ещё сильнее. Тень уважала людей, которые ей что-нибудь не дают. Скорее всего, в противном случае она бы не смогла терзаться и разлюбила Рюрика в один вечер.

Словесные баталии скрашивали им путь, казавшийся бесконечным. Но вот пыхтящий хрюйс поднялся на очередную гору, и впереди открылся скальный остров, к которому вёл подвесной мост.

— Добрались! – радостно завопил Кузя. А Рюрик добавил:

— Впервые радуюсь, что учительская хижина с этой стороны! В неё можно войти с хрюйсом! А через подвесной мост мы бы его не переправили!