Книга Сага о Школе вождей, страница 82 – Дмитрий Емец

— Ел подушки?

— Птиц.

Тень наконец врубилась и осторожно обернулась. Рядом с ними сидел дракон. Огромный, но лёгкий, явный воздушник. Не было у него ни массивности наземников, ни вытянутого тела, коротких конечностей и длинного хвоста, характерных для драконов водных. Вдобавок имелись покрытые перьями крылья – резко заломленные и прижатые к спине, из-за чего дракон казался горбатым.

Дракон выглядел так, точно его собрали из фрагментов других животных. Тело оленье, покрытое шерстью, худое и сильное. Ноги тонкие, мощные, как пружины. Морда волчья. Рогов нет и в помине, но шея защищена костяными пластинами. Длинный гибкий хвост, увенчанный перьями.

Это была явная древневидла с мощной магией, о чём говорили и переливающиеся пятна на боках, и жёлтые, с вертикальными зрачками сияющие глаза. Не просто так говорят, что в глазах дракона – его жизнь. Рисунок в радужках всё время неуловимо менялся, приковывал взгляд. Лишь зрачки оставались неподвижными.

— Хтонь ты такой? – еле выговорила Тень.

— Волколень. Король горных драконов, – ответил Кузя.

Древневидла живёт в горах диковинная, ВОЛКОЛЕНЬ называемая. Много магии в себе содержит. Называют волколеня ещё королём драконов, ибо может волколень мысли иных чудил направлять куда пожелает. Не могут чудилы взгляду его магическому противостоять. Любит башни старые или пещеры. Питается птицами, ягнятами или иной добычей, которую в горах или на равнине словит. Огнём же вовсе не дышит, не надобен ему огонь, и окромя зубов никакого иного оружия не имеет, разве что ногами задними и передними, яко олень истинный, дрыгать может метко.

Сложно ныне волколеня встретить. Редко у них дети рождаются – едва один раз в столетье яйцо отложит. И слабы дети его долго остаются. Коль волколень не досмотрит, будет дитя его чудилами сожрано. Оттого ныне волколени почти перевелись.

Кузя сам не понимал, что шепчет. Даже не знал, слышит ли его кто-то.

Он смотрел на дракона так же влюблённо, как Рюрик на Великий меч. Кузе казалось, что в мире нет и не может быть иного столь прекрасного существа. Весь дракон – от морды и до кончика хвоста – был само совершенство. Сам не понимая, что делает, Кузя шагнул к нему навстречу. Но за секунду до этого Тень потёрла лоб. Ей почудилось, что камень в обруче, который придерживал ей волосы, разогрелся.

— Нет! Кузя, не надо! Он тебя убьёт!

Кузя застыл на месте. Огромные глаза волколеня пылали совсем близко, что-то неведомое в них перетекало, завораживало. У Кузи кружилась голова. Точно целую вселенную пытался он вместить в сознание. Никогда не смотрите в глаза драконам! Они мудрее нас, и взгляд их гибелен.

— Кузя! Иди сюда! – повторила Тень и, схватив Кузю за ворот, отдёрнула его от дракона.

Посыпались камни. У лестницы мелькнула жуткая, в наростах, морда. Это амбисфена ломала кладку, расширяя проход. Изредка она выдыхала, и лестница окутывалась ядовитым зелёным дымом.

— Туда тоже нельзя. Нам не проскочить. Она нас отравит, – сказала Тень.

Они в ловушке. Позади – голодная амбисфена. Впереди – напружиненный, готовый к атаке, но пока выжидающий волколень.

— Великий Меч! – дрожащим голосом произнёс Рюрик. – Пришло время показать, на что ты способен! Я погибну с тобой в руке и отправлюсь на пир к Одину!.. Ай, Тень, перестань меня пинать!