Книга Проклятый район, страница 34 – Александр Матюхин

Я постарался быстро. Про Страшника, Мизинцева и землянку, про местных потерявшихся подростков. Матффей слушал с интересом даже то, что уже знал из наших переписок. Прихлебывал кофе из черного термоса с треснувшей крышкой.

— Странно это все, – сказал он задумчиво, когда я закончил. – Вот ехал и размышлял. Какой у него мотив?

— Что?

— Ну, у Страшника какой мотив? Зачем он устроил себе ферму по дойке подростков? А главное – что он от них хочет?

— Может, он как вампир? Кровь сосет?

— У подростков были следы от клыков?

— Нет. Только синяки.

— Тогда что он с ними делает?

Я пожал плечами. Не мог представить ничего конкретного.

— Говорят, у всех провалы в памяти. Не помнят, как приходили в его логово и как уходили. То есть он стирает им память на какой-то период.

Матффей отпил кофе.

— Вот ты человек действия, Свят. Не задумываешься и сразу в бой. А я мозгами пораскинул, и не могу определить мотив. Что ему мешает орудовать во всем городе? Почему он привязан к району? Зачем? Мог бы незаметно ловить подростков по всему городу и кровь высасывать, или что он там с ними делает. Подростки бы и не знали, что он есть, – Матффей посмотрел на лес. – И почему не может сам найти землянку и уничтожить то, что в ней лежит? За два года прочесал бы весь лес вдоль и поперек. Ты вон координаты меньше чем за неделю нашел.

— Мне помогли. А у него нет помощников. Может, сил нет? Выбрался из болот и потихоньку высасывает из подростков жизненную энергию?

— Не усложняй там, где не нужно усложнять, – сказал Матффей. – Даже столетний монстр не будет городить столько нелепой фигни без повода. Тут что-то не то. Есть границы…

Дождь барабанил по асфальту. Матффей снова посмотрел на лес.

— Скинь метку, – велел он, после чего долго рассматривал маршрут.

В подступающем сумраке белый свет ярко очерчивал глубокие морщины на лице.

— Ты смотрел фильмы ужасов?

— Что? – не сразу понял я.

Матффей хмыкнул:

— Не тупи, ну. Фильмы ужасов смотрел какие-нибудь? «Кошмар на улице Вязов»? «Восставший из Ада»? Ваше поколение такое смотрит?

— «Оно», – сказал я. – Что-то еще про призраков. Я больше по крипипастам.

— Тогда понятно. В общем, в фильмах ужасов есть популярные тропы. Это значит сюжеты. Самый популярный – месть. Потому что этот мотив легко понятен, а еще потому, что в жизни тоже многие поступки движутся местью. Я подумал, а что, если Страшник кому-то мстит?

— Кому? Детям?

— Почему бы и нет. Это как в «Пятнице-13». Там подростки утопили ребенка, а он вылез из озера и стал их убивать. А ты говоришь, что у Мизинцева ребенок погиб в автокатастрофе. Вдруг это не колдун, а сам Мизинцев? Непризнанный гений, который решил мстить подросткам.

— Авария случилась в Москве, а сюда он уже позже приехал, один. Не бьется.

— Да, логика хромает, – Матффей потер подбородок. – Но, может, он просто не любит детей? Антисоциальный тип. Ненавидит подростков, потому что они шумные. Или еще троп… все не так, как кажется. Может, он вообще маньяк.

— Ага, а мертвые дети тогда кто такие?

— Иллюзии! – буркнул Матффей.

— Один из них придавил меня коленкой в лесу, а другой поставил синяк. Я их видел вот как тебя сейчас.

— Неубедительно, – заключил Матффей. – У меня внучка как-то раз заявила, что видит в шкафу монстра. Синего и с рогами. Отказывалась спать, орала и рыдала. Мы ей свет оставляли в комнате включенным, двери шкафа открывали. Я как-то с зятем оттуда все вещи вытащил, чтобы он пустой был. Ни в какую. Рыдает, и все тут. А оказалось знаешь что? «Корпорацию монстров» пересмотрела, и сама себя убедила про монстра. Может, и ты из тех, которые легко поддаются убеждению. И никто тебе синяк не ставил, а это был морок.