Книга Проклятый район, страница 4 – Александр Матюхин

— А ко мне мужчина из доставки еды зашел, – кивнул Иван. – Просыпаюсь в два часа ночи, а он стоит в детской комнате. Комбинезон голубой, лицо замотано шарфом, на глазах кепка. Зрачки светятся, как у робота. Ну, я сразу понял, что происходит. Взрослые Страшника не интересуют. Только подростки, лет от двенадцати. Если ночью к тебе в комнату зашел, то считай, что заразил. А у зараженных обратной дороги нет. Будешь пленником района. Тут или договор заключать или умирать.

— А что за договор?

— Нужно ходить к нему в логово раз в месяц. Сейчас шестеро зараженных, у нас график есть. В определенный момент идешь к указанное место и ждешь… Потом как будто память срезает: вот стоял на обочине дороги, а вот уже шагаешь домой, часа четыре прошло, а в голове пустота, подташнивает, и ничего не помнишь.

— Весело тут у вас, – хмыкнул я. – И что он делает в логове? Кровь пьет?

— Никто не знает. Но следов от укусов ни у кого нет.

Катька добавила:

— Он заражает не всех, чтобы внести смуту. Другие ребята нам не верят, поэтому никто ничего не может доказать или сделать.

— Убегай, пока не заразился, – продолжил Ваня. – У Катьки вот почти получилось. Уговорила родаков отвезти ее к бабушке на какое-то время. Типа плохо стало на болотах, до тошноты. Но Страшник пришел в ночь перед отъездом.

— Главное, не тупить, – добавила Катька. – Мне не хватило одного дня. Если бы бабка не пришла, я бы с утра уже уехала. А так – все.

— Что все?

— Он не даст выехать из района. Если надумаешь сбежать после заражения, умрешь в страшных муках. Мне проще здесь остаться.

— Ага, умрешь в страшных муках, – снова повторил я. – А если не убегу, значит, буду проклят, и этот ваш Страшник меня сожрет?

— Не сожрет. Сделает рабом и будет таскать в свое логово на болотах.

— Прикольная сказка.

Катька шевельнула плечом и посмотрела на Ваню:

— Я же сказала, что он не поверит. А потом поздно. Лешик тоже не верил. А до него Виталик и Жека.

Я засунул руки в карманы, с интересом разглядывая этих двоих. Никак не мог взять в толк, зачем они разыгрывают эту сцену. Чтобы что? Напугать? А смысл? Или у них тут районный обычай, для новеньких? Тогда тем более непонятно. Щуплые очкарики не выглядели теми, кто устраивает розыгрыши.

— Почему мы здесь? Какое-то место силы?

Ваня ответил:

— Говорят, Страшник слышит все разговоры зараженных, но есть белые пятна, куда он не может дотянуться. Вот здесь одно из них.

— Значит так, – я отклеился от ствола сосны, прошел по кругу, разминаясь. – Давайте подытожим. Вы говорите, что район проклят, тут живет какое-то существо по имени Страшник. Не договоришься с ним – умираешь. Договоришься – становишься рабом. При этом выехать из района нельзя, если он тебя заразил, победить Страшника нельзя, ну и все очень плохо.

— Победить, может, и можно, но мы не знаем как, – поправила Катька. – Один мальчик два года назад почти нашел способ. Он в интернете шарил, даже это… место у него было… забыла. А потом пропал. Как Лешек. Он тоже пытался вырваться… Теперь найдем его мертвенького. Или вообще не найдем. Третья пропажа за два года.

— У вас тут за два года три подростка без вести пропало? – я присвистнул.

Расскажу отцу – тот обалдеет.

Это уже было интересно. По сути, всего сорок минут езды от моего прошлого дома, а такое творится. Может тут еще партизаны водятся со времен Великой Отечественной, или ведьм сжигают перед домом культуры «Современник»?