Онлайн книга «Магазин волшебных питомцев 6»
|
— Обезьяна⁈ — Демидов наконец обрёл дар речи. Лицо пошло красными пятнами. — В медицинском халате⁈ Вы издеваетесь⁈ Это что, цирковое представление⁈ Я вам доверил жизнь, а вы… — Эта обезьяна, господин врач, спасла больше пациентов, чем вы можете представить, — жёстко парировал я, обрывая его истерику. Преувеличение, но потенциал у Маруси очень хороший. И есть опыт полевой работы не только с доберманами, но и с гигантским богомолом. Я достал детскую медицинскую маску и закрепил её на мордочке макаки. — Вот теперь у нас полная стерильность, — я покрутил головой, разминая шею, и похрустел костяшками пальцев. — Приступаем. Бережно извлёк мотылька из инкубатора и положил его на чистую пелёнку. Активация навыка: «Манипуляция энергией» Мир вокруг слегка померк, зато энергетические структуры вспыхнули перед глазами ярким неоном. Сфокусировал зрение на структуре крыльев Блика. Они буквально сгорели от чудовищного перенапряжения. Я отчётливо видел, что две крупные магистральные жилки на правом крыле уже лопнули — вдоль них змеились трещинки, через которые мана сочилась в пустоту, отравляя и без того умирающие ткани. Но обнаружилось и кое-что неожиданное. Вдоль обожжённых жилок скопились грубые сгустки чужеродной маны. Вместо тонкой работы кто-то попытался решить проблему грубой силой — просто влил в мотылька лошадиную дозу своей энергии, надеясь запустить систему, как глохнущий двигатель. — Вы пытались пробить закупорку прямым вливанием, — констатировал я, не отрывая взгляда от крыльев. — Залили в него ману под давлением. Чудо, что он вообще не рассыпался в пыль. — Стандартный протокол реанимации, — начал оправдываться Демидов. — При критическом падении мана-давления рекомендуется экстренная… — Рекомендуется для теплокровных позвоночных, — закончил я за него. — У чешуекрылых другая архитектура контура. Вы залили ей маны на три уровня выше пропускной способности каналов. Это как включить пожарный гидрант в водопроводную трубу. Стенки каналов получили магический удар поверх ожога. Это и добило хрупкие узлы насекомого. Демидов промолчал, но я услышал, как он тяжело засопел. — Мр-р-ракобес, — пробормотал Архимед. Макака подобралась ближе, тряхнула головой, поправила съехавшую шапочку и протянула к мотыльку маленькие ладони. Те начали светиться тёплым светом — «Янтарное касание» включилось на рефлексе, как только обезьянка почувствовала мой настрой через ментальную связь. — Лис. Фенек, тихо сидевший под стулом, поднял голову. На его лбу вспыхнула светлая спираль. Три коротких импульса — на меня, на Марусю, на мотылька. Удача, живая и невесомая, прикоснулась к рукам, как солнечный зайчик. — Работаем, девочка, — тихо сказал я. Процесс требовал чудовищной концентрации. Я использовал свою Волю как скальпель и пинцет одновременно. Подхватывал целительную энергию Маруси и ювелирно направлял её в микроскопические разрывы каналов. Мы шли миллиметр за миллиметром. Я счищал энергетический «нагар», оставленный Демидовым, сращивал лопнувшие жилки, убирал слоистость на зеркальных призмах. Мана утекала с пугающей скоростью. Резерв маны: 150/336 Крылья начали приобретать здоровый блеск, рябь почти исчезла. Но оставалась главная проблема — узлы. Те самые перекрёстки, где пересекались каналы. Они наотрез отказывались исцеляться. Чёрные, обугленные точки. |