Книга Магазин волшебных питомцев 4, страница 124 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Я материализовал защитные очки и каску. Кремень остановился в паре метров от аномалии. Медоед Клим заворчал, прижимаясь к ноге хозяина. Лидер обернулся, окинул группу тяжёлым взглядом.

— Оружие к бою. Свет пока не включать, там могут быть твари, реагирующие на вспышку. Идём плотно. — Он повернулся к порталу, вытянул клинок из ножен, шагнул вперёд и просто исчез в бензиновых разводах, словно его стёрли ластиком. Клим скользнул следом.

Затем пошёл Свищ. Он заметно нервничал, его стриж недовольно цыкал, но маг воздуха всё же нырнул во тьму. Синяк шагнул следом с абсолютным равнодушием, продолжая крутить монетку. Кулёк, тяжело сглотнув, подтолкнул свою мокрицу, и гигантское насекомое ввалилось в Разлом, утащив за собой бледного носильщика.

На поляне остались только я, Кира и Кувалда.

Кира подошла ко мне вплотную.

— Инструктаж для новичков, — быстро заговорила она. — При переходе может затошнить или закружиться голова. Это нормально, барьер давит на мана-каналы. Внутри смотри себе под ноги первые десять секунд, а то вестибулярка откажет, и ты ляжешь лицом в грязь. Зайдёшь, постоишь и сразу влево, чтобы освободить дорогу Кувалде. Если кто-то из местных захочет сожрать тебя прямо на входе, он отработает без проблем. Понял?

Кувалда в это время достал из собственного перстня-артефакта… кувалду. Увесистую, словно молот Тора, и покрытую рунным узором, который начал источать золотой свет.

— Понял, — кивнул я.

— И попугая крепче держи, а то башка закружится, ещё улетит с перепугу.

— У Архимеда башка кружится только от собственной значимости.

Какаду открыл клюв, собираясь возразить, но Кира уже развернулась к Разлому и достала пистолет из кобуры. У самой кромки, где воздух дрожал от магии, девушка обернулась и прищурилась.

— Не дрейфь, приручитель. Это не больно. Обычно.

С этими словами она шагнула в опалесцирующую тьму, та обняла её тонкую фигуру, обтекая плечи и шапочку, и проглотила целиком. Разводы на поверхности вздрогнули и успокоились.

За спиной тяжело дышал мастиф. Кувалда сжал руку в кулак и постучал по собственному нагрудному щитку — два коротких удара. Похоже, личный обряд на удачу, суеверие. Потом бугай негромко произнёс:

— Давай, новичок. Твоя очередь.

Я подошёл вплотную к Разлому. Чернота вблизи казалась почти осязаемой. Протянул руку и коснулся поверхности. По пальцам, сквозь перчатку, пробежало резкое покалывание, словно от статического электричества, а в нос ударил запах чужого, нечеловеческого мира.

Архимед прижался к моей шее всем телом, горячий, сердце колотится под перьями с бешеной частотой.

— Птичка готова! — заявил он. — Птичка хр-р-рабрая. Птичка сейчас обкакается.

— Только попробуй, — шепнул я.

Выдохнул. Медленно, до самого дна лёгких, выпуская вместе с воздухом остатки сомнений, расчётов, прикидок. Всё уже решено. Снаряжение собрано. Звери в Питомнике. Пути назад, по большому счёту, тоже нет. Вперёд или никуда.

Я прижал Архимеда к груди левой рукой, крепко, но бережно, чтобы крылья были зафиксированы. Какаду не возражал. В правую призвал дубинку «Агония-М», положил палец на кнопку включения.

— Погнали, — сказал я.

— Банзай! — крикнул Архимед.

И мы нырнули в черноту, как в омут с головой.