Книга Магазин волшебных питомцев 4, страница 18 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— До свидания, Линда, — сказал я, выходя на залитый солнцем базар.

— Суд! — надрывался какаду. — Апелляция! Кассация! Страсбур-р-рг!

Дверь за нами закрылась. Напоследок до меня донёсся смех ветеринара.

Птичненский рынок в полуденном солнце жил своей привычной жизнью. Жарилось мясо, хлопали тенты, орали петухи и продавцы — причём вторые громче. Тянуло дымом и хвоей. Похоже, кто-то жёг можжевельник для дезинфекции.

Архимед на моём плече расслабился, едва мы отошли от прачечной. Хохолок распустился в полвеера.

— Свобода! — объявил он. — Спасены! Маникюр отменён! Праздник!

— Временно, — уточнил я.

— Тиран!

Ряды аквариумистов на Птичке занимали отдельный закуток под капитальным навесом: сырость, гул компрессоров и запах мокрого грунта. Воздух здесь прохладнее и тяжелее — испарение с десятков открытых аквариумов создавало собственный микроклимат.

Архимед довольно зажмурился и потёрся клювом о воротник куртки. Кажется, он решил, что после пережитого стресса ему полагается внеочередной обед.

Я замедлил шаг, позволяя своим ментальным щупальцам раскрыться. Эмпатия приручителя мгновенно уловила сотни крошечных, холодных, но удивительно ярких искр сознания. Рыбы ощущались иначе, чем теплокровные. Их эмоции были простыми и чистыми: голод, покой, территориальный азарт, любопытство.

— Рыбный день! — возвестил Архимед. — Суши! Роллы! Подайте соевый соус!

— Угомонись, гурман, — велел я, подходя к просторному павильону с вывеской «Рифовая Сказка».

Остановился перед аквариумом, заворожённый открывшейся картиной. Это был настоящий срез тропического моря, заботливо перенесённый в стеклянные берега. На фоне пористых рифовых камней, густо заросших фиолетовой и розовой водорослью каролиной, кипела жизнь.

Пара ярких оранжевых клоунов-оцеллярисов деловито купалась в длинных щупальцах роскошной актинии. Они тёрлись боками о стрекательные нити, чувствуя себя в абсолютной безопасности. Чуть выше, ловя течение от помпы, грациозно парила жёлтая зебрасома. Её лимонная чешуя казалась бархатной, а острый нос методично склёвывал микроскопические водоросли с камней.

Из тёмной пещерки выглядывала королевская грамма — невероятно контрастная рыбка, наполовину пурпурная, наполовину ярко-жёлтая. Она бдительно охраняла свой вход, готовая в любую секунду юркнуть обратно.

Я приложил ладонь к прохладному стеклу. Послал лёгкий, приветственный импульс. Зебрасома тут же развернулась, сверкнув глазом, и подплыла ближе, уловив моё внимание. Клоуны синхронно высунулись из актинии, излучая сытое любопытство. Идеальная гармония. Великолепное, мирное сообщество морских обитателей, где каждый занял свой ярус и свою нишу.

— Берём этот, — сказал я, кивнув на двухсотлитровый риф. — Вместе с тумбой, оборудованием, светом и всем населением.

Продавец радостно поправил очки.

— Отличный выбор! Система полностью созревшая, баланс стабилен. Актиния сидит на своём месте уже полгода.

— Рыбовладелец! — одобрительно каркнул Архимед. — Акулу давай! Косатку!

— Акула у нас уже есть, — напомнил я птице и повернулся к продавцу. — Мне нужно ещё. Смотри, у меня дома ждёт заселения один весьма специфический морской питомец. Жгутоносец. Система на триста литров запускается прямо сейчас. Мне критически необходимы качественные, выдержанные живые камни для мощной биологической фильтрации. Прямо из действующих аквариумов.