Книга Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия, страница 180 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Кто из вас будет первым? — спросил Гирос, наслаждаясь страхом, что сковал его жертв. — Что же, выберу сам.

— А ну, фу! — донёсся из темноты детский голос, который заставил Гироса присесть и начать озираться по сторонам.

— Фу, кому говорят! Быстро подошёл ко мне и оставил стариков в покое. Как тебе не стыдно! Взял и ослушался хозяина! Но ничего, я тебе устрою! Ты у меня как шёлковый станешь!

Гирос заскулил, словно настоящая собака, и прижался к Толмачёву, ища у него защиты.

— Спасите, — прошептал чудовищный монстр. — Не выдавайте меня ему. Умоляю!

— Гриша, не пугай нас так. Выходи, кому говорят?

— Знаешь, здесь довольно жутко!

— И холодно!

Присоединились ко мне девчонки, когда мы всё же нашли беглеца на очень старом кладбище, расположенном за пределами города. Никто из нас даже не знал о такой находке для любого тёмного мага.

Для Гришки здесь было раздолье и море материала для обучения.

А ещё здесь до нашего появления стояли четыре очень знакомые машины с имперским гербом вместо номера. На таких разъезжают оперативники тайной канцелярии, если в конфиденциальности нет никакой необходимости. А для них это случается крайне редко.

Так вот, машины уже здесь были, как и оперативники рядом с ними.

Вот эти оперативники и пытались в панике связаться с руководством, когда на кладбище произошёл мощнейший выброс тёмной энергии. По времени он совпал с исчезновением Воронова.

А ещё они привезли сюда двух некромантов из столицы. Для каких целей — нам, конечно же, не сказали. Сложить два плюс два не составило труда. Гораздо сложнее оказалось попасть на территорию кладбища.

Просто люди Романова, прибывшие с некромантами, не хотели нас туда пускать, пока не появились наши родные оперативники и не объяснили своим коллегам из столичного филиала, что не стоит вести себя с нами так опрометчиво.

Егор даже дал в морду командиру залётных. Но, как я понял, к нам это не имело никакого отношения. Какие-то у них свои счёты. Нам понравилось. Ленка усердно болела за Ефремова, а мы в это время потихоньку продвигались к кладбищу.

А уже на его территории в полной мере ощутили этот выброс.

К Гришке он точно не имел никакого отношения.

Здесь жутко воняло мертвичиной и гнилой картошкой. Не самое приятное сочетание, но в нём проскальзывали нежнейшие цветочные ароматы, а значит, у нас есть все шансы разобраться с тем, что здесь происходит.

Мы прошли практически в конец кладбища, где стоял величественный склеп, украшенный скульптурами каких-то монстров.

Довольно симпатичных.

Правда, вход в него сейчас закрывала какая-то непонятная, чёрная, маслянистая хренотень, которая трепетала, словно огонь, хотя больше всего была похожа на жидкость.

Именно от этой дряни и тянуло мертвечиной с тухлой картошкой.

Проход она закрывала не очень плотно, и имелись небольшие провалы, сантиметров по десять. От них уже пахло цветами.

Никаких сомнений, что нам нужно войти в этот склеп. К тому же возле него мы наткнулись на тех самых столичных некромантов: дедушка лет за восемьдесят и мужчина средних лет. Оба выглядели не лучшим образом.

Если волосы мужчины раньше и отличались цветом от стариковских, то сейчас они стали совершенно седыми.

Некроманты сидели внутри едва светящегося магического круга, начерченного прямо на земле. Сидели спиной друг к другу, прижавшись к деревянной трости, бессознательно бормоча какую-то мантру.