Книга Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия, страница 223 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Какая-то она слишком трусливая, эта ваша Лариса. Не представляю, как вообще смогла хоть с кем-то найти общий язык, — выдала Ленка, гладя Маху, застывшую у неё на шее в виде ожерелья.

— Было сложно, но мы справились. Я вообще по образованию психотерапевт. Смог найти подход. Как и мой предшественник.

— Охренеть, первый раз слышу, чтобы у порождения магии были расстройства психики. Теперь и мне очень интересно с ней пообщаться. Жаль, что магию нельзя применять.

Мира тяжело вздохнула, но я всё равно успел заметить, как на пару мгновений её глаза загорелись красным.

Будет сложно.

— Мы уже почти пришли. Прошу вас быть особенно внимательными и не шуметь. Лариса хоть и ждёт нас, но может испугаться и исчезнуть. В таком случае неизвестно, когда она снова вернётся, — предупредил нас Андрей Васильевич, когда мы подошли к внушительной двери, закрывающей весь тоннель.

Такая, как в банковских хранилищах, с штурвалом и ещё какими-то закрывающими приспособлениями.

Причём никакой магии здесь точно не было.

Наш сопровождающий принялся открывать дверь, что заняло минут десять.

Но зато, когда был открыт последний замок, щуплый на вид мужчина без усилий потянул на себя многотонную дверь, и она с лёгкостью распахнулась, открывая удивительное зрелище.

— Охренеть! — первой воскликнула Ленка и, радостно смеясь, заскочила внутрь. — И такая красота спрятана в катакомбах под городом? Не удивительно, почему Лариса решила остаться здесь и не высовываться. Будь моя воля, я бы тоже так поступила.

За дверью оказались настоящие джунгли.

Вернее, не совсем настоящие, а из самой хорошей вариации, которая только может быть.

Всё вокруг пестрело зеленью и разнообразными цветами, которые благоухали так, что даже слегка кружилась голова.

Огромные кустарники тянулись до потолка, который также был покрыт зеленью. Каким-то очень интересным мхом, больше похожим на губку ярко-зелёного цвета.

А ещё здесь точно водилась живность. Просто на многих листьях были видны следы жизнедеятельности. Ещё ползали и летали всякие насекомые, но за пределы этого помещения они даже не думали выбираться.

— Здесь и живёт Лариса. И сюда уходят мои братья, когда настанет время, — с тоской в голосе произнёс Андрей Васильевич.

— Отсюда тянет смертью, — сказал Гришка и вошёл следом за Ленкой.

После них внутрь зашли и все остальные. Сразу же стало очень жарко, словно мы реально попали в настоящие джунгли.

Даже не представляю, кем может быть Лариса.

Хранительница Новослободской канализации, катакомб и всего, что находится под землёй. Ещё по совместительству сотрудник службы по борьбе с разными вредителями животного происхождения и насекомыми.

— Зуб даю, что над этой красотой работали Шуйские. Узнаю здесь наш колорит и методы работы. Домой вернусь — обязательно поговорю с отцом. И почему я не знала о столь крутом месте?

— Возможно, потому что Лариса не любит магов и не горит желанием, чтобы у неё дома начала лазить одна малолетняя особа, не имеющая никакого чувства такта? — спросил я и поспешил догнать сопровождающего, который нырнул между двух особо здоровых кустарников с разлапистыми листьями, от которых тянуло сыростью.

Ленка что-то кричала мне в спину. Возможно, даже угрожала, но я ощутил здесь не только силу Шуйских, но и силу Благославенного.