Книга Второй шанс для Лекаря. Том 8, страница 101 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Бумагу Виллие полковник прочёл, потом скорбный лист с моими пометками, и лицо у него потемнело.

— Мне велено привести полк домой.

— Полк вы приведёте, только в четверг. А жёлтые останутся здесь, с лекарем Никитиным.

Ответить он мне не успел. К риге подкатила коляска, и из неё выбрался старик в чёрном кафтане, с тростью и в старомодном парике. Нарвский штадт-физик Ройтер, главный городской лекарь, приехал смотреть жёлтых, и с ним был адъютант коменданта. Полковник, судя по всему, ждал их с утра.

Смотрел Ройтер недолго. Поглядел на руки жёлтого солдата, на кровяные точки, на Дубасова у стены и вышел из риги, прижимая к носу платок, а я вышел следом.

— Gelbes Fieber, господа, — сказал он полковнику. — Жёлтая горячка. Я читал описания из Ливорно. Там тоже сперва спорили, а потом хоронили десятками. Лагерь надобно оцепить, покуда не поздно.

— Жёлтая горячка приходит с кораблей, господин Ройтер, — сказал я. — В Ливорно, сами знаете, она месяцами шла по городу. Здесь все больные слегли в одну неделю, и все купались в одном пруду за Дерптом. При больных две недели четырнадцать солдат и лекарский ученик, и ни один не слёг. Восьмой день в полку нет ни одного нового больного, а караул, который в пруд не лез, цел весь.

— Вы, господин Салтыков, сами в Петербурге оспенные дворы запирали. Мне о том писали.

— Запирал. Оспа переходит с больного на здорового. А эта хворь осталась в пруду за Дерптом, за двести вёрст отсюда. — Я повернулся к полковнику. — Ваш лекарь слёг первым, ваше высокоблагородие, за день до солдат. Заразиться от больных он не мог, потому что больных тогда не было. Зато в тот пруд на дневке он полез раньше всех.

Полковник медленно кивнул. Ройтер помолчал, опершись на трость, и мне было видно, что спорит он уже с собственным страхом.

— Счёт ваш я видел, — сказал он наконец. — Жёлтых я видел тоже. Рапорта своего назад я не возьму.

Коляска уехала к переправе, и адъютант коменданта поскакал следом. Рапорт свой Ройтер отдал коменданту ещё утром, это я понял из его слов. Взять его назад значило признаться при адъютанте, что он испугался зря, и на это старик, по всему было видно, не пойдёт.

Ветлугин проводил коляску взглядом, потом повернулся ко мне.

— До четверга, господин лекарь, — сказал он сквозь зубы. — Командуйте вашими больными.

Командовать я начал тут же. Купаться в стоячей воде запретил всему полку до будущего лета. Мыться велел только в деревенских банях, а воду пить из колодцев, обязательно кипячёную. Солому из-под больных приказал сжечь, ригу выбелить известью, а нижним чинам ловить крыс в деревне и платить за каждую по копейке из моего кармана.

Жёлтым давать питьё, мерить мочу и держать их в тепле, кровь не пускать и слабительного не давать. Кору, что оставалась у Пыжова, я убрал под замок. К зиме каждый её золотник будет на счету. Тем, кто мерит мочу, мыть руки известковой водой.

Первый из двоих, у кого не шла моча, умер под вечер, так и не придя в себя. Пыжов долго стоял над ним с кружкой в руке, и я не стал его торопить.

— Мы же его поили, ваше благородие.

— Поили поздно, — сказал я. — Почки у него отказали ещё до нас. Второго поить только по счёту: сколько вышло — столько и возвращать, с поправкой на жар.

Источник остался позади, за Дерптом, и нового заражения тут ждать было неоткуда. Мне предстояло удержать жёлтых, сколько удастся, и отправить Виллие числа, которым поверит государь.