Книга Застава, к бою!, страница 103 – Артём Март

— Зачем перевязывать? — Не понял Матузный и даже с удивлением посмотрел на меня. Вскинул брови.

— Чтобы задержать, — ответил вместо меня Миша и снова опустился к душману.

Он стал хлопать его по карманам. Вытащил ПМ, который тот носил в кобуре. Достал длинный кинжал на поясе. Потом принялся искать перевязочный пакет.

Тот уже совершенно не сопротивлялся пограничнику. Лицо Имрана сделалось каменным. По его пустым глазам я видел, что он сломлен. И я понимал, почему — он не выдержал свою собственную проверку характера.

В решающий момент он просто не смог дернуть чеку. Струсил. Не сумел подорвать себя и нас вместе с собой. Не хватило решимости. Так часто бывает у молодых людей — рисуешься перед другими, но в решающий момент отступаешь. Так случилось и с Имраном.

Пока Солодов обыскивал сына Юсуфзы, я отвел в сторонку Матузного.

— Отдай, — сказал я ему холодно.

Матузный выпучил на меня глаза.

— Что… отдать?

— Не прикидывайся дураком. Я видел, что ты сятнул часы с того душмана.

— Я? — Погранец растерялся, — да ты че, Саша, ты сказал не трогать, я и не трогал…

— Не свисти, — покачал я головой. — Я знаю, что ты их взял.

Илья поджал губы. Зрачки его карих глаз быстро забегали. Он явно судорожно соображал, что же мне ответить. Потом выдал самый неудачный вариант:

— Саш, да я не брал!

Я молча протянул ему руку. Посмотрел на него так сурово, что он просто не решался заглянуть мне в глаза хоть на мгновение.

— Я… Ну… — залепетал он, потом осекся и вздохнул. Угрюмо продолжил: — Они с наших снимают что хотят. А это и вовсе советские часы! Так что считай, я их возвращаю на Родину…

— В моем отделении мародерства не будет, Илья. Точка.

Матузный сделал недовольное лицо. Потом сунул руку в карман и достал «Электронику». Отдал мне.

Я осмотрел часы. Несмотря на то что их экран треснул, часы все еще работали.

— И что ты с ними делать будешь? — Спросил Матузный ворчливо.

Тогда я просто отвернулся, замахнулся и запустил часы куда подальше.

— Вот что.

Матузный грустно засопел.

— Мужики! — Крикнул вдруг Миша Солодов. — У него ИПП нету!

Я обернулся к нему. Достал свой пакет.

— Лады. Сейчас мы его перевяжем. А потом и свяжем. Доставим на Шамабад. Думаю, нашей разведке этот душманенок пригодится.

* * *

Трое пленных духов, которых взяли на берегу, топали к Шамабаду с закинутыми за голову руками. Мартынов, Сагдиев и Семипалов вели их под конвоем.

Когда Богдан Семипалов почувствовал, как под нагой что-то хрустнуло, то остановился. Убрал сапог.

В его отпечатавшемся в почве следе, солдат заметил что-то блестящее. Когда опустился подобрать, понял, что это были часы «Электроника».

* * *

— Вот, значит, как закончился твой Джихад, братец?

В бане было сухо, но прохладно. Едва заметный аромат смолистой древесины щекотал Наби нос.

Он подвигал стянутыми шнуром запястьями, в надежде немножко размять затекшие руки.

Имран, перевязанный, сидевший на лавке немного косо от ран, не ответил брату. Он даже на него не посмотрел.

Тогда Наби глянул на избитого мальчишку, сидевшего в уголку и прислонившего голову с очень опухшим лицом к стене. Вздохнул.

— Уж от кого, от кого, а от тебя, брат, — продолжил Наби, — я такого не ожидал.

Имран одарил Наби презрительным взглядом. Наби ухмыльнулся.

— Мне казалось, ты предпочтешь смерть плену, — сказал Наби, — Что, умереть с честью у тебя не хватило духу?