Книга Призраки Пянджа, страница 106 – Артём Март

— Я схожу, — вызвался тем временем Ташкент, — пойду посмотрю, что там за шум.

— Нет, — сказал старший как отрезал, — мне надо с тобой обговорить еще кое-что. По поводу твоего, так сказать, «совсем не боевого настроя». Отправь этих двух.

— Хорошо, схожу посмотреть, — пробурчал вдруг Колода.

Видимо, старший указал на него и еще на кого-то.

— Нет, — внезапно перебил его Тенёк, — давайте я схожу сам. После того, что Колода учудил сегодня вечером, я б его никуда не посылал. А то опять еще чего-нибудь учудит.

Некоторое время все молчали. Видимо, ждали одобрения старшего.

— Хорошо, — наконец сказал он, — иди, Тенёк. А все остальные — слушайте.

— Какой он уверенный, — прошептал Мартынов, — почему-то считает, что облавы на них никакой не будет.

— Мне тоже интересно — почему, — кивнул я.

А потом мы напряглись, ожидая, где же выйдет Тенёк — с черного хода или все же сквозь ворота.

Тенёк пошел с черного. Мы услышали, как скрипнула задняя дверь.

— Алим, будь тут, — сказал я Канджиеву, поправлявшему перевязь своей сломанной руки, а потом обратился к Мартынову: — Пошли, Витя.

Так как Уткин и Нарыв дежурили у ворот, за Теньком пришлось присматривать нам с Мартыновым.

Мы тихо, внимательно наблюдая за тем, куда ступать тяжелыми яловыми сапогами, стали двигаться к заднему углу здания. Застыли у края стены. Прислушались. Услышали легкие шаги.

Это был Тенёк. Он аккуратно и тихо шел в нашу сторону. Осматривался, прислушивался.

Мы с Мартыновым переглянулись и сняли фуражки, чтоб не мешались. Потом притихли у стены.

Тенёк показался из-за угла и почти сразу увидел нас. Глаза его блеснули в темноте от удивления. Мартынов тут же бросился на него, схватил, зажал рот руками. Я был тут как тут, дал Теньку «воспитательного» поддых, и «дембель» захлебнулся собственным дыханием.

Вместе с Витей мы схватили его, прижались с ним к стене и заставили полулечь. При этом Мартынов держал Тенька крепкой хваткой сзади.

Витя Мартынов — сильный, мощный, хоть и по-пограничному жилистый человек, легко справился с субтильным Теньком. Он не давал ему ни единой возможности выбраться из своей могучей хватки.

Я осмотрелся, послушал тишину, а потом опустился на корточки рядом с ними. Тенёк с зажатым ртом натужно дышал носом. Его испуганные, дурные глаза уставились прямо на меня.

— Т-с-с-с-с… — протянул я, приложив палец к губам, — не дергайся.

— Сашка… — тихо прошипел Мартынов и тут же зашипел на Тенька: — Не дергайся, падла! Сказано тебе, не дергайся! Ни то шею сверну!

Потом Витя снова глянул на меня:

— Делать-то что будем? Если он скоро не придет, они что-то заподозрят!

Я обернулся. Вновь прислушался к разговору оставшихся в сарае «дембелей» и их старшего.

— Ты, Ташкент, видимо, до конца не понимаешь, во что ввязался, — услышал я приглушенный голос старшего, — не дошло до тебя еще, что взад-назад повернуть никак нельзя.

— Зато дошло, что мы можем тут все полечь! — ответил ему Ташкент.

— Послушай Чифира. Он часто говорит: «пан или пропал». Вот только это нам сейчас и остается, — сказал старший.

— Д-а-а-а, — протянул Чифир, — пан или пропал!

Я снова глянул на Тенька. Тот уже немного подуспокоился и перестал дергаться, но все еще глубоко и нервно дышал. А потом, внезапно, указал взглядом куда-то в сторону окна. Потом еще раз.