Онлайн книга «Изгнанник»
|
Йозеф Фишер подхватил конец бечевки и двинулся к выходу, держа за руку Митруца. Соня шла за ними. А сзади, шагах в десяти, она слышала хриплое дыхание и неуверенные шаги Ковалинского. По каменным стенам плясал яркий луч света от фонаря в руке Рене Ламонта. А выход, оказывается, был совсем с другой стороны. * * * Соня ожидала, что после темноты в шахте ее ослепит солнце, но этого не случилось – день, оказывается, уже клонился к закату. Сколько же времени они провели в подземелье? — Слава Диосу! – на выходе к ней бросилась купчиха Феврония Савельевна и сжала в душноватых объятиях. – Мы так волновались! А это кто? О боже… Из прохода как раз появился Андрей Ковалинский со связанными руками и под конвоем репортера. Откровенно говоря, у Сони не было ни сил, ни желания отвечать на вопросы. Она механически кивала головой, думая лишь о том, что хочет прилечь и отдохнуть. Кто-то накинул ей на плечи шаль, кто-то дал в руки флягу с водой. Вокруг Митруца хлопотали обе актрисы, и он им что-то рассказывал с большим воодушевлением. Видимо, для него последние несколько часов стали увлекательным приключением. Как все-таки быстро дети переключаются из одного настроения в другое и забывают плохое. Возле шахты собралась вся компания, включая извозчика. Мужчины подтянулись через несколько минут – они проверяли другие тоннели небольшими группами. Соня заметила и несколько незнакомых лиц – похоже, на поиски позвали жителей ближайшей деревни. И ни одного жандарма – видимо, их не известили? Но и без того дела обстояли хуже некуда. Потому что предстояло возвращение в санаторий и очередной неприятный разговор с тетушкой. Об этом думать не хотелось вообще. Поэтому Соня безучастно наблюдала за суетой вокруг, словно через вату выслушала сурового господина Станку, который справедливо упрекал ее за безрассудство. Не чуя под собой ног, дошла до экипажа, уронила голову на мягкое плечо купчихи и моментально уснула. В санаторий они приехали после ужина. Соня чувствовала себя немного лучше, когда вместе с Февронией Савельевной поднялась к своему номеру, поблагодарила за помощь и открыла дверь. В нос сразу же ударил резкий запах валерианы и уксуса. «Я довела тетушку до нервического припадка», – с безысходностью подумала она, когда из спальни Леокадии Павловны донесся слабый голос: — Софья, это ты? — Да, – вздохнула она и переступила порог комнаты. Мадам Томилова полулежала на кровати: правая нога отставлена в сторону и покоится на маленькой подушке, сверху – компресс. Но даже в таком неподобающем положении Леокадия Павловна умудрялась сохранять прямую осанку и высокомерное выражение лица. Софья даже не сразу заметила медсестру, которая съежилась рядом на стуле с книгой в руках. — Тетушка, что случилось? – ахнула Соня. Та окинула ее пристальным взглядом с головы до пят. — Я полагала, вы вернетесь раньше. Софья, что за вид? Это совершенно неприлично. Ты только посмотри на себя. Соня кинула взгляд в большое зеркало. Да, вид совсем не подобающий – обувь и подол грязные, шов на платье сбоку разошелся, волосы растрепаны… — Простите, я не успела привести себя в порядок после прогулки. — Такое чувство, что ты гуляла в дремучем лесу, среди бурелома и слякоти. Возмутительно показаться на публике в таком виде… |