Книга Изгнанник, страница 79 – Женя Гравис

Он выпил чаю, потом тихонько отодвинул занавес и посмотрел через маленькую щелку на зрителей на набережной. Рыжая сидела в первом ряду рядом со своей сухой теткой и смеялась. И Митруца вдруг уколол такой стыд, что он невольно стиснул жесткую ткань.

Он представил, как рыжая вернется в номер вместе со старой домной, обнаружит пропажу и сразу перестанет смеяться. Расстроится ведь. Но что теперь поделаешь.

А зачем Томе понадобилась эта чертова тетрадка?

* * *

— И все-таки, тетушка, мысль у пьесы довольно простая: любовь не ходит по расписанию, как поезд.

— Вздор. Это же водевиль, оперетка. Сюжет показался мне довольно натянутым.

Соня и Леокадия Павловна обсуждали за завтраком вчерашнее представление. Водевиль «Любовь под надзором» рассказывал о молодой особе Лидии, которая была влюблена в скромного письмоводителя. Чувства их оказались взаимны, однако жизнью Лидии распоряжалась вдовствующая тетка Серафима Карповна, и она решила, что любовь без надзора приведет к дурным последствиям. Потому выстроила целую систему проверок и слежки и на протяжении всей пьесы чинила молодым всяческие препятствия – одно абсурднее другого.

Софье пьеса показалась крайне забавной и смешной. Тетушка же во время представления ни разу не улыбнулась. Возможно, потому, что непримиримая Серафима Карповна слишком напоминала ее саму. А видеть себя в кривом зеркале, которое донельзя выпячивает характерные черты, вряд ли кому-то понравится.

Разумеется, Соня не стала произносить вслух эту слишком прямую аналогию, но постаралась донести до Леокадии Павловны нелепость самой попытки обуздать такое сильное чувство, как любовь.

Интересно, окажись Соня на месте главной героини пьесы, как бы она реагировала на бессмысленные и несуразные правила? Например, что о музыке можно говорить только по средам, но не упоминать при этом романсы? Или что нельзя вздыхать дольше двух секунд и чаще одного раза в час? Ну глупость же!

Понятно, что это водевиль и комизма нелепостей там намеренно нагромоздили через край, но сама мысль… Забавно, что эта тема поднимается уже второй раз за прошедшие несколько дней. Соня вспомнила похожий разговор с господином Станку, который тоже призывал к контролю чувств ради сохранения порядка. Вот и тетушка, в сущности, говорила о том же.

— Воспитанный человек, Софья, не чувствует лишнего. – Леокадия Павловна неслышно размешала сахар в чашке и сделала глоток. – Дисциплина, о которой я всю жизнь твердила барышням вроде тебя, касается не только поведения, речи и осанки, но и души.

— Но кто определяет, что именно лишнее? – удивилась Соня. – Влюбленность? Радость? Тоска? Разве можно запретить себе восхищаться чем-то или плакать, когда грустно?

— В большинстве случаев это просто необходимо. Недостойно не только устроить сцену ревности, дурно уже испытывать ревность в неподобающем объеме. Приличный человек не позволяет чувствам разрастаться как дикому растению, а вовремя их подстригает. Все избыточные чувства так же вульгарны, как неумеренные украшения или слишком вычурная одежда.

Соня вдруг представила, что ее «подстригли», как садовый тис или тую. Ей всегда эти парковые растения, остриженные до шаров, кубов и конусов, казались ужасно скучными. С точки зрения порядка и симметрии это, наверное, было правильно. Но как же приятнее смотрится естественный природный пейзаж по сравнению с регулярным французским парком!