Книга Вместо меня, страница 79 – Альбина Нурисламова

— То есть вы полагаете, что баба Фира была ведьмой, а Маргарита — нет?

— Вы намекаете на то, какого успеха добилась Маргарита? Не считаете, что женщина может оказаться настолько пробивной, сильной, умной и одаренной, чтобы из захудалой фабрики вырастить успешное предприятие и разбогатеть? И все это сама, без помощи со стороны и без колдовства? Тогда я удивляюсь, как вам вообще доверили писать книгу про «Дивью»!

Кажется, Лилия Макаровна рассердилась. Возможно, увидела в моих словах высокомерие и мужской шовинизм. Я поспешил уверить ее, что далек от мысли преуменьшить достоинства Маргариты, наоборот, восхищен ею.

— Но ведь в то, что и Фира была нерядовым человеком, вы верите?

— Трудно не верить своим глазам. Я сама видела мужиков, которых она от водки отвращала — трезвенниками делались. Был у нас такой Шлыков — на вид симпатичный, приличный человек, инженер, но гулял, а вдобавок жену избивал, детей поколачивал. Как-то жена не выдержала, пошла к Фире. Та сама, пока не попросят, ни во что не вмешивалась. Что вы думаете? Всю правую сторону у Шлыкова перекосило, рука отсохла: повисла плетью, он пошевелить ею не мог, врачи не сумели реанимировать. Да и лицо как будто книзу стекло. Уж понятно, прекратились и измены, и избиения, тихий стал, инвалид. Таких случаев много было. Кто сдуру Фиру обидит, тому непременно аукнется. Не ссорились с ней, а сама она просто так, по злобе никого не изводила, этого не отнять. Все знали: сильная ведьма. Рассказывали про нее и совсем уж дикие вещи, но я не верила. Вроде как она в свинью умеет превращаться, на людей ночами нападает. А моя соседка снизу поведала, что собственными глазами видела, будто ведьма шла по улице, и вдруг ее тень отделилась и поползла змеей во двор одного дома. А в доме том жила женщина, которая Риту обозвала, ругалась на нее. В тот же вечер та женщина померла. — Лилия Макаровна развела руками. — В это я, простите, не поверю. Хотя… Ведь после смерти Фира здесь, не уходит никуда. Не может или не хочет, охраняет свой дом. Вы ведь ее тоже видели, так что понимаете: нельзя не верить. Некоторые вещи просто есть — и всё.

Я понял, что вряд ли узнаю что-то еще, пришла пора прощаться. Дело шло к вечеру, а мне еще нужно поговорить с Соней.

Лилия Макаровна проводила меня до двери. Я вышел на лестничную клетку, как она вдруг произнесла:

— Конечно, никакими экстраординарными, экстрасенсорными способностями я не наделена, но всю жизнь работала с детьми, научилась разбираться в людях.

— Что же вам подсказывает интуиция? — спросил я, не понимая, к чему она клонит.

— Вы приходили и задавали вопросы не потому, что собираете материал для книги. Вас что-то мучает, вы мечетесь и не знаете, как поступить, надеетесь найти подсказку хоть где-то, хоть у кого-то. Вы крайне встревожены и напуганы, я еще в первую нашу встречу заметила. Но тогда можно было списать ваше состояние на встречу с покойницей, у любого человека нервы не выдержат. Но сейчас я вижу: дело не в этом.

— Вы на диво проницательны, — пробормотал я.

Не люблю, когда пытаются лезть мне в душу.

— Вам нелегко приходится. Примите совет: не хватайте то, что находится на поверхности, за то, что вам хотят навязать, даже если это выглядит хорошо и кажется правильным. Копайте глубже. Или выбросьте мои слова из головы, на что вам бредни глупой старухи.