Книга Вместо меня, страница 97 – Альбина Нурисламова

— Ты так и не сказала, что именно сделала с сестрой, — напомнил я.

— Ничего особенного. Когда у нее был криз, стало ясно: если он случится снова, а она будет далеко от больницы, то может и не выжить. А чтобы он не случился, нужно принимать лекарства. Сима думала, что принимает. Маргарита всегда была рядом, Анастасия и прочие тоже на подхвате, но главное — у Симы была я. Сестричка-близняшка, которая слепо обожает Симочку, а значит…

— Ты что-то сделала с ее лекарствами? — спросил я, видя, что Соня вновь собирается разглагольствовать на тему собственной гениальности.

— Таблетки, которые она принимала, были самого обычного вида: беленькие, кругленькие. Сестра доверяла мне, я постоянно была рядом, приносила ей лекарства. Ничего не стоило заменить пилюли на витамины. Сима принимала пустышку, ей становилось хуже, но она никому не говорила, чтобы не расстраивать, — только мне, мы же одно целое. А я, как могла, поддерживала. Сима надеялась, это временное состояние, ей скоро станет лучше, нужно лишь подольше принимать препарат и самочувствие придет в норму. В тот вечер, когда случился новый криз, Маргариты не было — уехала в командировку. Анастасия ушла вечером домой. Мне повезло: когда Симе стало плохо, я…

— Ты не вызвала скорую?

— Почему, вызвала. — Она усмехнулась. — Только позже.

Я взялся за голову. Сложно переварить, когда слышишь такое.

— А вскрытие? Его что же — не было?

Соня беспечно махнула рукой.

— Должны были делать, наверное. Или нет. Откуда мне знать? Всем было ясно, что произошло: диагноз известен, один криз уже был, Симу еле откачали, второй клинически выглядел так же. Ни у кого и сомнений не было, врачи считали причиной смерти осложнение болезни, криминальной версии ни у кого не возникло. А уж на меня вовсе никто не подумал бы. Витамины я, конечно, успела заменить на таблетки, была чуть жива от горя и потрясения.

Соня внезапно подошла ближе и схватила меня за руку. Я, не сдержавшись, отпрянул. Она усмехнулась.

— Я убила ее — это чистая правда. И сама чуть не умерла — это тоже правда. Хотя с собой все-таки не покончила бы, даже не собиралась. Это, как ты выражаешься, был спектакль. Я знала, что Анастасия придет и найдет меня. Мне хотелось… — Соня шмыгнула носом, как маленькая девочка, и я вспомнил, что, в сущности, она и есть совсем девчонка. — Мне хотелось, чтобы Маргарита поняла, что я нужна ей, что я не хуже Симы: тоже могу сниматься в рекламе «Дивьи», стать журналисткой, она сможет гордиться мной не меньше, а может и больше.

Она проговорила жалобным, ноющим голосом, но потом тональность снова резко сменилась.

— Но эта тварь так ничего и не поняла. Не предложила мне, не додумалась, что если нет Симы, так ведь есть я, ее полная копия! Мы же одинаковые! — Соня визгливо расхохоталась. — Впрочем, одинаковые, да не совсем! Сима была слабой, у нее обнаружилась эта болячка.

«А ты оказалась конченой психопаткой», — прибавил я про себя.

— Я долго боролась, старалась стать такой, как Сима, надеялась заменить ее. Но ни Маргарита, ни остальные не хотели принимать меня, любить так, как любили ее. Они жалели меня, сочувствовали, смотрели как на сломанную куклу — бесполезную, ни на что не годную. И когда до меня дошло, что так будет всегда, я решила — пошли вы все! Я умнее вас, и я вас переиграю! Ведь вы не догадались, что я убила Симу, значит, и дальше ничего не поймете. А у Маргариты я отберу все, рано или поздно придумаю, как! Я разыгрывала роль несчастной, скорбящей, убитой горем близняшки — и заодно убеждала всех, кого могла, что Маргарита жестокая и расчетливая, способная на страшные вещи. Я пока не знала, как это пригодится мне, но была уверена, что чеховское ружье выстрелит — оно и выстрелило! Помимо всего прочего, это отводило от меня даже гипотетические подозрения. Затем появился ты — и я поняла, что это мой шанс.