Книга Операция "Янус-1", страница 73 – Артём Март

Подобная «непрошибаемость», сочетающаяся с выдающимися полевыми навыками и ярко выраженной личной мотивацией (нападение на заставу «Шамабад», которое курировал Стоун), формирует комплекс качеств, редко встречающийся в одном лице вне рамок специальной подготовки, и характерна скорее для боевых опытных офицеров или офицеров, прошедших специальную подготовку.

Предварительные выводы:

а) Показания Стоуна о «Зеркале» требуют самой тщательной проверки по линии внешней разведки и контрразведки.

б) Старший сержант Селихов А. С. представляет собой феномен, требующий немедленного и пристального оперативного изучения. Существуют два взаимоисключающих варианта трактовки:

* Вариант 1 (Угроза): Селихов может являться «спящим агентом возможностей», подготовленным по методикам «Зеркала» (давление через брата). Его текущие действия — сложная легенда, цель которой — внедрение в систему нашей контрразведки или ГРУ через демонстрацию «героизма» и «полезности».

* Вариант 2 (Ресурс): Селихов является уникальным «природным» оперативным материалом, чья мотивация и психологическая структура делают его невосприимчивым к стандартным методам вербовки противника. В этом случае его потенциал для контрразведывательной и оперативной работы трудно переоценить.

Рекомендация:

Немедленно инициировать заочную оперативную разработку Селихова А. С. под условным индексом «Янус-1».

Цель: выяснить истинную природу его психологической устойчивости и возможные скрытые связи.

Метод: тотальная проверка биографии, всех родственных связей, истории службы его брата, скрытное наблюдение за его взаимодействиями.

Конечная задача — вынести решение: либо изолировать как потенциально опасный элемент, либо взять в плотную разработку для последующей вербовки и перевода в спецрезерв КГБ. Промедление равноценно потере контроля над ситуацией. Этот человек либо наша главная находка, либо наша главная ошибка. Третьего не дано.

Капитан Орлов Д. В.

— Ты чего не спишь? — устало и как-то понуро спросил Муха, когда мы совершенно случайно встретились у урчащего двигателем БТРа.

Муха, по всей видимости, обходил часовых и совершенно точно не ожидал увидеть меня здесь.

С момента возвращения нашей поисковой группы в лагерь Боря будто бы сторонился меня. Говорили мы редко. Старлей отвечал сухо и кратко и, казалось, старался поскорее закончить общение.

И в этот раз, когда Муха увидел меня, то сделал такой вид, будто собирается пройти мимо. Однако застеснялся. И, спрятав взгляд, заговорил.

— Отдыхай. Последние сутки были очень тяжелыми, — сказал он, уставившись в зябкую темноту, — у тебя так тем более.

— Да поспал уже, командир, — ответил я.

Муха окинул взглядом заведенный БТР. Внутри отогревали Алима. Санитар, осмотревший его, настоятельно рекомендовал раненному покой, горячую пищу и тепло. Естественно, после немалой дозы антибиотиков и жаропонижающего.

А самым теплым местом тут, в горах, был десантный отсек БТР. Обычно топливо экономили, но когда в бронемашине разместили Алима, десантный отсек время от времени протапливали, чтобы внутри сделалось потеплее. К слову, там же ночевала и Махваш. Девочка уже немного попривыкла к лагерю и почти не боялась пограничников. Однако не рисковала лишний раз выходить из БТР, опасаясь попасться на глаза отцу.