Книга Время, вперед!, страница 132 – Артём Март

Селихов подошёл к нему.

— Готова?

— Сейчас, прогреется быстренько, и поедете! — отозвался прапорщик.

— Куда… Поедем? — нахмурился Ковалёв.

Никто ничего ему не ответил.

Вместо этого Свиридов сунул тряпку в карман. Снова полез в кабину и достал какой-то увесистый подсумок. Подойдя к Селихову, передал подсумок ему. Загадочный. Селихов взял его и взвесил в руке. Посмотрел на Свиридова.

— Там всё, что я просил?

— Так точно.

Ковалёв не выдержал. Шагнул вперёд.

— Что в подсумке, товарищ лейтенант? Что вообще происходит?

Селихов спокойно посмотрел на него.

— Скоро узнаешь. Садись за руль. Поехали.

— Куда⁈

— Терпение, — невозмутимо ответил начальник заставы.

Потом он отвернулся и пошёл к машине. Открыв дверь, сел на пассажирское место. Удивлённый Ковалёв остался стоять перед тупым носом машины. Потом он глянул на Шишигу. На Свиридова. Старшина лишь пожал плечами. Мол, не моё дело. Ковалёв вздохнул. Пошёл к машине и сел за руль. Хлопнул дверью.

— Двигай, — сказал Селихов, наблюдая за тем, как часовой заставы подбегает к воротам и начинает их отпирать.

— Может, вы хоть что-нибудь мне объясните? — глянул на него Ковалёв.

— Позже, — Селихов глянул на поблёскивающие в темноте зелёные стрелки часов. — Времени у нас меньше двух часов до выхода следующего наряда. Надо успеть доехать до места и вернуться.

— До какого места⁇

— Двигай.

Ковалёв вздохнул. Неудобно потянулся назад, за крышку двигателя, торчащую в кабине, между сиденьями. Нащупав коробку передач, он с хрустом врубил первую. Тронул с места.

Шишига выехала за ворота. Покатила по дороге. Внизу, слева, чернели деревянные Г-образные столбы системы. Далеко за ними в свете звёзд ртутью поблёскивал Пяндж. Тишина. Только мотор натужно гудит. Да скрипит на ухабах рессорная подвеска.

Ковалёв вёл машину молча. Думал. Думал о том, что было в подсумке? Куда они едут? Что всё это за самодеятельность, но самое главное — почему Селихов держит его в неведении? Ковалёв этого не знал. И это бесило.

— Так куда мы всё-таки едем? — не выдержал наконец Ковалёв.

— До конца правого фланга, — ответил Селихов. — Туда, где переправа.

Ковалёв нахмурился.

— И зачем?

— Просто веди машину, — ответил Селихов.

— Это какое-то особое задание? — нахмурился Ковалёв. — Поручение начотряда?

Селихов молчал.

— Почему я ничего об этом не знаю? Что вообще происходит?

— Скоро узнаешь, — бросил Селихов.

Ковалёв недовольно засопел, но смолчал. Они поехали дальше.

Дорога, тёмная, пыльная, вилась вдоль системы. Иногда фары выхватывали кусты. Камни. Столбы системы. Потом всё снова тонуло в темноте. Ковалёв ехал медленно и осторожно. Машина с натугой преодолевала неровности и ухабы дороги.

Селихов по-прежнему молчал и просто смотрел вперёд. Ковалёв же постоянно косился на него. Но старался делать это украдкой, чтоб Селихов не заметил. Селихов, собственно говоря, не замечал. Или делал вид, что не замечал.

Ковалёв обратил внимание на подсумок. Селихов положил его рядом, возле люка двигателя, и Ковалёв принялся гадать, что там может быть. Подсумок был самым обычным, таким, в котором носили магазины или гранаты. Но что там могло быть? На ум Ковалёву не приходило ничего, и от этого он нервничал и раздражался ещё сильнее.

Наконец Ковалёв не выдержал. Он резко нажал на тормоз, и Шишига остановилась прямо посреди дороги. Мотор глухо заурчал на холостых. Ковалёв повернулся к Селихову. Посмотрел на него.