Онлайн книга «Печать пожирателя 12»
|
Но не как одержимый — не как проводник чужой воли. Он был инструментом, но инструментом, который сам решил, как и куда ударить! Он откуда-то брал энергию МР и вплетал её в ткань реальности так же естественно, как я дышал. Без устройств. Без риска сгореть. Просто… потому что мог. — Пятый уровень, — прошептал Салтыков, — Это колдовство уровня Магистра, Марк! Этот человек… Ты понимаешь, что это значит⁈ — Он может создавать материю из энергетического субстрата МР. Менять свойства существующей материи и создавать её «с нуля». И всё это — без единого артефакта. — Верно. Он — живой репульсор, которому не нужен источник! И он у нас такой не один! Глава 4 «Гениальное» решение — Ты понимаешь, что это значит, Марк⁈ — Пётр схватил меня за локоть, и его пальцы впились в ткань куртки с удивительной силой. Глаза горели, в них не осталось ни усталости, ни страха перед глобальной угрозой — только чистая, ненасытная жажда нового открытия! — Они сами нашли способ! Не мы — они! — «Шестёрка»? — Да! Эти… эти призраки, эти обиженные дети, как ты их назвал! Они случайно, побочным эффектом своего внедрения, создали ключ! Ключ к своему поражению и… Нормальному симбиозу! К настоящей, органической интеграции магии и МР! Без генераторов, без перегрева, без риска разорвать реальность! И безо всякого подчинения! Посмотри на него! — Салтыков ткнул пальцем в изображение Грошева, — Он использует фоновую энергию их сети, но воля — его! Он не одержим! Он… он усовершенствован! Это следующий шаг, Марк! То, о чём мы с тобой мечтали, но не могли осуществить из-за ограничений физики, из-за хрупкости человеческого тела! Он отпустил мою руку и принялся ходить по лаборатории — его движения были резкими и порывистыми. — Мы должны немедленно начать исследования! Взять этих четверых, изучить нейронные паттерны, карту их изменённого сознания! Выделить тот самый крючок, что делает их невосприимчивыми к воле «Шестёрки»! Мы можем научиться реплицировать это состояние! Не через заражение, нет! Через… через индукцию! Через направленную нейропластику! Мы сможем создать протокол, методику, которая позволит магам — избранным, подготовленным! — получить доступ к этому слою реальности! Вернуть силу! Силу, которая не зависит от Эфира, не зависит от артефактов! Силу, которая будет нашей! И в этот момент мне снова стало не по себе. В голосе друга, в том, как он произнёс «вернуть силу», прозвучала та самая нота, которую я боялся услышать. Горькая, обжигающая обида потери. Потери Эфира, потери статуса одного из сильнейших магов Империи. Потери того, что делало его тайнознатцем, полубогом среди людей… А теперь, в этих четырёх запертых в бункере людях, Салтыков увидел не угрозу, не заложников в войне с невидимым врагом, и не орудие победы. О нет… Он увидел билет. Возможность вернуть всё, что потеря после битвы с Ур-Намму. Возможно, даже больше… Холодная волна отчуждения накатила на меня. Я смотрел на своего друга, на человека, которого не раз спасал, с которым прошёл через многое, на человека, который всегда и безраздельно был на моей стороне… …и видел в его глазах блеск настоящего безумия. Не того, что ведёт к разрушению, а того, что ведёт к слепой одержимости опасной идеей. — Пётр, — мой голос прозвучал тихо, но врезался в его слов Салтыкова, как нож в масло, — Остановись, брат. Остановись, и подумай. |