Книга Наследие, страница 86 – Алексей Федотов

— Потрясающе юноша. — Наконец проговорил он. — Я давно не видел столь эффективного боя, а видел я их немало.

Я пожал плечами, а он продолжил:

— Вы, конечно, победили барона. Поздравляю. Но при этом вы еще и унизили его прилюдно, а этого он не простит, но это еще полбеды…

Я молча ждал продолжения.

— Его отец пошел по военной части и служит в императорской гвардии в столице. — Громов стоя рядом опираясь обоими руками на палку. — И его отец этого вам не простит.

— Одним покойником меньше, одним больше, — усмехнулся я. — Пусть приходит.

— Я смотрю, юноша, вы слишком легкомысленно относитесь к врагам.

Я рассмеялся. Легкомысленно. Ага.

— Ну что вы полковник. Совсем не легкомысленно и я стараюсь, чтобы врагов было поменьше. До сих пор справлялся.

Громов укоризненно покачал головой, посмотрел на то что барона грузят на носилки, рука Загорского уже не кровоточила, закрывшись белой кожей, и куда то уносят.

— Мда… Я вижу. — Скептически произнес он. — Но…

Сказать он не успел, потому что подоспели мои девушки и обняв мои руки, стали смотреть на него волчицами.

— Э-э… Могу ли я с вами переговорить в другом месте и в другое время?

— Конечно. Мы остановились в таверне «Воронья гора». Знаете где это?

— Знаю. Как насчет десяти часов утра?

— Хорошо. Буду ждать. — Кивнул я ему, и мы пошли обратно в зал, хотя впечатление от вечера было безвозвратно утеряно. Хотя оно и было как-то не очень. Уже после того, как Маркус рассказал об этом месте, я понял, что мной опять двигают в шахматной партии и это испортило настроение напрочь.

Ну хотя бы кой какая прибавка к моему финансовому благополучию. Кстати, надо еще найти расторопного поверенного, чтобы стрясти с барона обещанное.

Жаба внутри меня довольно квакнула и сложив перепончатые лапки устремила свой довольный взгляд в светлое будущее.

Мы поднимались по лестнице и вокруг нас тут же образовывалось пустое пространство — гости мэра старались уйти с моей дороги, а у дверей ждал Резников. Руки за спиной, на лице довольное выражение.

— Демидов?

— Олег Федорович!

— Неплохо, отрок, — сказал он. — Весьма неплохо. Но этому заклинанию я тебе не учил…

Я склонил голову.

— … и мы еще поговорим на эту тему.

Я склонил голову еще ниже, скрывая улыбку.

Резников посмотрел вокруг. Вокруг нас был пятиметровый безлюдный круг.

— Вот что… Я так думаю ученики, вы достаточно здесь себя показали. — Он огладил бороду. — Ступайте ка в таверну и отдохните оставшийся вечер.

Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Ясненько.

— А вы?

— А я останусь. — Архимаг хищно улыбнулся, и улыбка мне не понравилась. Я её уже знал. — Посижу, выпью вина, послушаю, кто что говорит. Поговорю кое с кем.

Он развернулся и ушёл в дом, а от крыльца к нам уже спешил лакей в ливрее, с тремя плащами через руку. Мэр, надо отдать ему должное, о гостях заботился. Даже о тех, кого, вероятно, предпочёл бы больше никогда не видеть.

— Его превосходительство велели передать, что карета подана, — сказал лакей, помогая девушкам надеть плащи. — Отвезёт куда прикажете.

Я тоже взял плащ (не отказываться от этого подарка невиданной щедрости) и сказал:

— Передайте его превосходительству нашу благодарность, — сказал я. — Мы пройдёмся пешком. Вечер хороший.

Лакей посмотрел на тёмное, затянутое тучами небо, потом на лужи во дворе, потом на меня. Спорить не стал. Поклонился и ушёл.