Книга Воздушная кавалерия. Том 1, страница 25 – Джек из тени

— Вот, сынок. Это твоё. Это заработал именно ты. — он пододвинул большую часть денег мне.

— Нет, отец, это наше, — поправил я. — Это деньги нашей «Удачи».

— Нет, — он непреклонно покачал головой, — «Удача» уже своё получила. Мы покрыли расходы и получили плановую прибыль. А это… давай назовём эти деньги стартовым капиталом и потратим его на тебя.

Я уже открыл рот, чтобы сказать, что лучше потратить эти деньги на новые пылевые фильтры и ремонт такелажа, но он остановил меня жестом.

— Не спорь. Я уже всё решил. Мы отправляемся в Нижний, там нас будет ждать мастер. Говорят, что он лучший в Поволжье, и делает механические корсеты для господ офицеров, что покалечились на Кавказе. Берёт, конечно, дорого, зато творит чудеса.

Моё сердце замерло. Корсет. Возможность сидеть. Возможность передвигаться. Это был следующий шаг моего плана, который я собирался инициировать сам, но отец меня опередил. Он заботился обо мне как мог, думал в первую очередь обо мне, и я не смог отказать ему в этом.

— Хорошо, отец, — кивнул я. — Сделаем так, как ты говоришь.

Мастером, что творит чудеса, оказался сухой жилистый старик с цепкими пальцами хирурга и холодными глазами часовщика. Буквально через час после того, как мы прибыли в Нижний Новгород, он поднялся на борт судна, а два матроса притащили его тяжёлый деревянный ящик, от которого пахло кожей и оружейной смазкой.

Содержимое ящика было похоже на экзоскелет времён средневекового рыцарства. Сложное переплетение стальных пластин, кожаных ремней, шестерёнок и каких-то непонятных мне механизмов. Вот он, мой шанс. Шанс самостоятельно принять вертикальное положение.

— Раздевайте его, — аккуратно раскладывая на столе свои инструменты, коротко бросил мастер. Его рука то и дело ныряла в ящик и доставала оттуда молоточки разного размера, всевозможные отвёртки и странного вида ключи.

Процесс подгонки стал для меня персональным адом, многочасовой пыткой, которая заставила меня вспомнить всю боль, что мне пришлось испытать, начиная отсчёт от самого ранения. Меня, как куклу, вертели и так, и этак. Холодный металл прикасался к коже, стальные пластины давили на позвонки, заставляя их вставать в неестественное, но, по мнению мастера, правильное положение. Кожаные ремни впивались в тело, перетягивая мышцы и вызывая судороги.

— Терпение, молодой господин, — со знанием дела бормотал мастер, затягивая очередной ремень у меня на груди так сильно, что я едва мог дышать. — В первый раз, оно всегда так. Скажу сразу, сначала будет неудобно и даже больно, ведь тело должно привыкнуть к новой, правильной оси. А организм наш, он ленивый, болью стонет, так не хочет из удобного кривого положения выходить. Ну, ничего, парень, мы его с тобой силой заставим в правильное положение встать.

Лицо стоявшего рядом отца было белее мела. Он несколько раз хотел подойти ко мне и остановить процесс, но я ловил его взгляд и отрицательно качал головой. Не стоит. Надо просто потерпеть. Такова цена движения.

Только через три часа мастер закончил свою работу. Я сидел на краю койки, закованный в хитроумный механизм. Экзоскелет был тяжёл и неудобен: где-то натирало, в некоторых местах давило, он сковывал, но зато моя спина была прямой, и я сидел. Сам. Без подложенных для поддержки подушек.