Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 156 – Юй Сы

Хуньдунь вдруг издал легкий, почти неслышный смешок, и разом обмяк, завалившись набок. Огромный зверь упал на землю, и горный пик содрогнулся. Зазубренный клинок исчез из руки Се Юньци. Он схватился свободной ладонью за рваную рану, с трудом удерживая во второй Цинсин, но не стал опираться на него, будто боялся запачкать белоснежные ножны.

Он посмотрел на хуньдуня. Тот рвано дышал, не в силах подняться, но в этом хриплом дыхании слышался сдавленный смех. Се Юньци почему-то насторожился – ему вдруг показалось, что Первая сестра не могла так легко проиграть.

Он невольно сделал шаг назад, подальше от павшего зверя, и тут его ноги в чем-то увязли. Се Юньци опустил глаза и потрясенно осознал, что будто провалился в камень, хотя это было невозможно. Смех стал громче – совершенно безумный, искаженный, жуткий и потусторонний.

Ха-ха-ха-ха-ха! Сдохни!

Крик прекратился. Из тела хуньдуня вырвался мощный вихрь, взметнувшийся к небесам, которые только-только открылись. Свирепый ветер рвал рукава Се Юньци, а его ноги безнадежно увязли в земле, словно на Лунном пике вдруг образовалось болото. Вихрь понесся в его сторону, сметая все на своем пути: там, где он проходил, не оставалось даже травинки, камни искажались и гнулись, точно серебро, сам воздух зарябил от хаотической энергии, которая окончательно сошла с ума.

Се Юньци прикрыл глаза рукавом и похолодел, а вихрь подхватил его, вырывая из земли, точно дерево с корнем, завертел, кружа в воздухе, и юноша мигом перестал понимать, где земля, а где небо. Ветер швырнул его о твердь с такой силой, что выбил воздух из легких. Се Юньци тут же впился удлинившимися когтями в камни и закашлялся, сплевывая кровь. А ветер все пытался сорвать его с места и понести дальше. Слезящимися глазами Се Юньци видел, как вихрь подхватывает незадачливых заклинателей, как рвет деревья и сносит крыши и как старейшины пытаются выставить щиты.

Теперь он понял, какой последний «подарок» припасла для них Луань Дунь: своим ударом он выпустил хаос, что она копила долгие годы. В его памяти мелькнула история прежнего хуньдуня, падение которого уничтожило целый город.

Се Юньци бросило сначала в жар, потом в холод. Даже находясь на пике Преобразования души, как он мог обуздать хаос? Он попросту не умел усмирять темную ци, мог лишь поглотить ее. Неужели Мо Хэ пожертвовал собой зря, и Чэньси все равно будет уничтожен? Неужели…

Вихрь швырял людей и вырывал с корнем деревья, становясь все сильнее и мощнее, поглощая природную ци Ишань и светлую энергию даосов. Щиты не помогали, талисманы не работали, артефакты рассыпались в пыль перед мощью древней первозданной стихии хаоса. Чэньси, который еще совсем недавно надеялся на победу, всего за пару мгновений был полностью разгромлен.

Злобный смех еще грохотал в ушах Се Юньци, и он так сильно впился в камни, что пальцы окрасились в кровь. Одной рукой он продолжал сжимать бесполезный Цинсин, который еще при жизни прежнего хозяина запечатался сам собой и больше никогда не являлся миру.

При взгляде на него в глазах Се Юньци мелькнула боль. Он обещал защитить орден, но вместо этого… сделал только хуже. Он обрушил хаос на Чэньси и оказался абсолютно бесполезен.