Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 63 – Юй Сы

Мо Хэ резко вскинул взгляд на Гу Вэньвэнь и печально улыбнулся.

— Маленькую девочку, которая сжимала мою нефритовую подвеску. Ее удерживал на месте кнут, но с моим появлением путы ослабли. Она даже не плакала – малышка провела в погребе не меньше трех шичэней и почти замерзла до смерти, но в остальном была невредима. И я… забрал ее оттуда.

— И что с ней стало потом? – шепотом спросила Гу Вэньвэнь, хотя и так догадывалась.

— Увы, я не знал имени девочки, – да что я вообще знал о клане Су? Мое знакомство с Су Удэ нельзя считать даже поверхностным. Мы лишь раз выпили вина, и он похвастался, что его младшая дочь растет сильнее и озорнее всех сыновей. Он был так горд, и из всех своих пяти детей больше всего любил малышку. Я пытался вспомнить, как же он ее называл – А-Лань? А-Синь? Как же? Я долго печалился, что в тот день вообще выпил вина. Я должен был расспросить его подробнее: как зовут его дочь и сыновей, какое любимое блюдо у его жены и какие любимые цветы у матери. Тогда… я смог бы рассказать об этом его дочери, когда она подрастет. Но, увы, я лишь знал, что он гордится своей озорной дочерью и спешит вернуться домой. Поэтому я назвал ее А-Вэнь. Вэньвэнь. Как письмо – история о прошлом, которое было стерто. Такое ужасное имя, прости своего Учителя за его неуклюжий язык.

Гу Вэньвэнь прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать всхлипы, а потом сползла с подушки и обняла Учителя за талию, вжимаясь лицом в его колено и содрогаясь от рыданий. В глазах Мо Хэ тоже блеснули слезы, и он ласково погладил ее по волосам.

— Ничего… Учитель… Вэньвэнь… Вэньвэнь нравится ее имя! – выдавила она сквозь рыдания. – О… отец… отец был бы не… не против!

— Я так и не отдал долг твоему отцу, – проговорил Мо Хэ. – Но я не рассказывал тебе о твоем прошлом потому, что я не хотел, чтобы твоя жизнь была омрачена местью. Месть – это путь в никуда. Смыть с себя ненависть можно не только кровью, запомни это, Вэньвэнь. Твоя улыбка – это твоя сила, а не твой кнут. Я не хочу, чтобы ты потратила жизнь на бесплодные поиски виновников случившегося.

— Я понимаю… Учитель, я понимаю… – уткнувшись ему в колени, пробормотала Гу Вэньвэнь.

Плечи ее содрогались от слез, и Мо Хэ замолчал, мягко поглаживая по волосам и давая выплакаться. Она долго не могла успокоиться и под конец заснула как ребенок, уткнувшись лицом в его колено. Когда-то давно, в детстве, когда призраки прошлого преследовали ее, она точно так же засыпала на его коленях, уткнувшись личиком в грудь и только тогда переставая плакать.

За окном гас день, и последние лучи солнца заглядывали в приоткрытое окно. Пальцы Мо Хэ перебирали прядки волос Вэньвэнь. И он вдохнул полной грудью, чувствуя, как один узел в сердце медленно развязывается. Как кстати, что клан Су объявился в это время и дал ему возможность подарить Вэньвэнь родных. Он планировал ее возвращение в Яншо много лет, но без конца откладывал, не в силах расстаться с ученицей, но дальше откладывать уже было нельзя. Младшие отпрыски клана оказались энергичными, добрыми людьми, и он был уверен, что они сердечно примут его ученицу. А с настоящими родственниками рядом… Вэньвэнь будет легче принять его уход.

Се Юньци кисло осматривал свою комнату. Он даже не мог назвать ее своей – отсюда явно кого-то только недавно выгнали, чтобы предоставить место «новому ученику даочжана Сюаньи». Впрочем, о судьбе этого несчастного Се Юньци вообще не переживал – каким бы он был демоном, если бы обращал внимание на такие пустяки?