Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 67 – Юй Сы

Его вдруг озарило, но он тут же помрачнел. Где-то в груди кольнуло болью. Откуда даосу известна эта извращенная техника? Ведь он лично убил Владыку демонов, неужели забрал его дневники? С какой целью?

Мысли бились в голове Се Юньци, и он даже не заметил, как эти двое закончили. Луань Дунь подобрала халат с пола и завернулась в него. Томно махнув рукой, она создала из тьмы новый пояс, который змеей обвился вокруг ее талии, а затем поправила повязку на глазах. Вэнь Цзеши не смотрел на нее, завязывая штаны. Вид у него был мрачный и злой, создающий резкий контраст с удовлетворенной и разомлевшей Луань Дунь.

— Дорогой, медитируй, а я пойду, – сказала она, мазнув длинным черным ногтем по щеке главы Вэня. – Тебе повезло, что у меня еще остались дела, но когда вернусь… больше убегать от меня не получится. – Она поцеловала Вэнь Цзеши в щеку, и тот от омерзения передернулся. – И не вздумай отзывать мой пропуск в орден, или тебе не поздоровится. Не хотелось бы вот так разрушать многолетнюю репутацию Чэньси, хе-хе.

С этими словами она выпрыгнула в окно и исчезла.

— Грязная дрянь, – не удержался от ругани Вэнь Цзеши и быстро сложил печать, очищая свое тело. Это действие заставило его побледнеть, и он тут же уселся на подушку в позу лотоса и погрузился в глубокую медитацию.

Стоило ему закрыть глаза, а ци в комнате успокоиться, Се Юньци покинул свое укрытие. Он стремительно проскользнул мимо Вэнь Цзеши. Как он хотел убить его сейчас, прикончить эту тварь одним точным ударом, – но это привлекло бы внимание Первой сестры и Чэньси, а Юньци при всем своем самодовольстве понимал, что победить их не сможет. Пока у него нет золотого ядра даоса.

Се Юньци перешел на цингун и запрыгнул на крышу главного двора. В нем клокотали ярость, обида и желание убивать. Он и сам не понимал, из-за чего так злится – и кто в этом конкретно виноват?

В тишине раздался скрип, и Се Юньци бдительно повернулся в ту сторону. В левом дворике кто-то распахнул окно, впуская ночной ветерок. Тонкая белая рука с черной нитью вокруг запястья была ему знакома. Се Юньци слетел с крыши, ворвался в комнату, схватил человека за горло и прорычал:

— Это все твоя вина!

Мо Хэ подумал, что, кажется, не сверился с календарем, когда решил выйти из скрытого пространства. За эти сутки он получил столько проблем, сколько у него не было год. Прижатый к стене тяжелой рукой, он подумал, что, возможно, совершил ошибку.

— И в чем же я опять провинился? – спокойно спросил он у Се Юньци, который прямо-таки пылал от ярости.

— Ты! Да это все из-за тебя! – Се Юньци отшатнулся, как от удара, и опустил руку. – Если бы не ты! То я бы…

Мо Хэ слабо кашлянул и потер шею, не совсем понимая, что опять случилось с этим проблемным учеником.

— Интересный способ поднести Учителю чай, – проговорил он и отошел к чайному столику.

— Я и не собирался! – фыркнул тот, плюхаясь напротив. – Мо Хэ, ты слишком самоуверенный! Твоя жизнь в моих руках, так почему все остальные хотят ее? Кажется, и ты совсем не боишься меня.

Мо Хэ приподнял брови и разлил по пиалам свежезаваренный чай. Гу Вэньвэнь только недавно ушла, и он собирался прилечь, когда вломился этот маленький демон, пышущий гневом. Кто же снова разозлил его?