Книга Игра переходит в эндшпиль, страница 125 – Алексей Махров

Фрау Бергер открыла дверь именно в тот момент, когда я ставил стул к стенке.

— Герр лейтенант, — укоризненно произнесла она. — Пять минут в армии, видимо, длятся дольше, чем в медицине.

— В армии время всегда зависит от приказа, фрау Бергер. Сколько командование скажет, столько пять минут и будут длиться, — усмехнулся я. — Но я уже ухожу. Унтер–офицер Беккер выглядит довольно бодрым.

— Унтер–офицер Беккер сейчас получит пару уколов, — строго объявила она, подходя к кровати. — А вы, герр лейтенант, можете навестить его завтра после обеда, если врач разрешит. Не раньше.

— Я понял, фрау Бергер.

Я вышел из палаты с неожиданно лёгким чувством. Петя был слаб, зол, бледен, привязан к госпитальной кровати и окружён немецкими врачами, но он оставался Петей. Не тяжёлым грузом, не раненым напарником, которого надо беречь от правды, а работающей частью нашей маленькой группы. Его оценка разговора с Вальзам–Йоргом дала ситцации четкую оценку: это не повод для эйфории, а шанс. Опасный, редкий, но настоящий.

После больничного запаха морозный воздух на улице показался необыкновенно вкусным. Он ударил в нос, прочистил голову, заставил глубже вдохнуть. Я застегнул шинель, поправил ремень и двинулся к мастерской Целлера, выбирая маршрут так, чтобы визит к портному выглядел естественным продолжением прогулки. Я шёл по солнечной стороне улицы, не потому что там было теплее, а потому что витрины лучше отражали противоположный тротуар. Но слежки я так и не обнаружил.

Лавка портного встретила меня звоном колокольчика, запахом сукна, мела, и старой древесины. После штаба и госпиталя здесь было особенно уютно: рулоны ткани на полках, коробки с пуговицами, манекен в углу, большое зеркало, длинные столы, швейная машинка с ручным приводом. Старик увидев посетителя, поднял голову и близоруко прищурился.

— Герр лейтенант! — оживился Целлер, выбираясь из–за прилавка. — Какая приятная неожиданность. Надеюсь, мундир служит вам хорошо?

— Более чем, герр Целлер, — заверил я, снимая перчатки. — Ваш мундир вчера выдержал генеральские взгляды в «Паласе», а это уже серьёзная проверка качества.

Старик улыбнулся с профессиональной гордостью, сразу расправив плечи.

— Я всегда говорил, что хороший мундир должен держать офицера так же уверенно, как дисциплина держит часть. Если ткань, крой и шов работают вместе, человек выглядит спокойнее, даже когда сам он не вполне спокоен.

— Именно поэтому я хочу заказать ещё один, — произнёс я. — Такой же хороший. Про запас. И бриджи.

Целлер не стал скрывать удовольствия. Для старого мастера повторный заказ был лучшим комплиментом.

— Разумеется, герр лейтенант, — охотно заверил он. — Я сохранил ваши мерки, но всё равно проверю посадку, если позволите. Ткань подобного качества ещё есть, хотя сейчас хорошее сукно становится редкостью. Бриджи можно сделать к мундиру, с усилением в нужных местах, чтобы не вытягивались после сидения.

— Вот задаток, — я положил на стол двести марок.

— Но это много, герр лейтенант, — слабо запротестовал портной, поглядывая на купюры с вожделением.

— Могу себе позволить, герр Целлер! — цинично усмехнулся я. — Вчера много выиграл в карты. Всё равно потратить не успею, если только на пьянки и баб, а хорошая форма останется доброй памятью о Минске.